Библиотека

За чертой времени стр. 417

Размер шрифта
-
+
Тема

пушки, наскочив на неровность, ни с места, соскакивали, впрягались в ременные лямки, потом по-кошачьи вновь запрыгивали на пушку кто куда, и кони дико несли ее дальше. Был еще один артиллерист, отставший далеко: он махал им рукой, оглядываясь назад, на поселок, из которого уже выползала самоходка, медленно, осмотрительно, будто раздумывая, стоит ли выходить на открытое. Остановилась и, выбросив вбок клуб сизого дыма, отпятилась под защиту уцелевшей каменной стены, высунула из-за угла лишь «хобот», высмотрела что-то, «принюхалась» и ударила, после чего вновь спряталась, чтобы выглянуть и выпустить осколочный снаряд из-за другого угла.

Через головы солдат забулькали, зашуршали, постанывая, наши снаряды и стали рваться в глубине поселения — на улицах, среди домов, несколько снарядов легли вдоль окраины. Это открыл огонь подоспевший дивизион противотанковых пушек.

Денщиков выхватил у возницы вожжи.

— Тпру! Стоять!

И поднял бинокль.

Комбат рассчитывал, что батальону придется без артиллерийской поддержки встречной атакой брать эту половину селения, из которого вытекали остатки нашей пехоты Видел, как левее, в длинной неглубокой ложбине накапливался для атаки его сосед — второй батальон полка. И тут пушкари — вовремя, лови, комбат, везение свое. К тому же немцы как будто не ждали с этой стороны русских: никаких признаков.

Закинув бинокль за спину, Денщиков схватил свой автомат, соскочил с телеги и — момент, момент не упустить! — быстрым шагом, ловкий, сильный, решившийся, заторопился к селу, вон к тому самому близкому отсюда домишку с тремя деревцами в палисаднике. «Проскочить до первых построек». Он не оглядывался назад, на свой батальон — знал: роты пойдут за ним, должны пойти, потому что другого для них нет и не будет, пока его не убили, он повелевает и так хочет. Надо успеть! Прижаться к разрывам своих снарядов, под шум, треск и дым как можно плотнее подойти к окраине и, выбрав минуту, ворваться в огороды, в переулки, сблизиться с их пехотой на равных во дворах, на улицах, перекрестках. Ленька, ординарец и связной комбата, вначале приотстал, торопясь застегнуть на подбородке ремешок каски — никак не мог, сердито швырнул ее в траву и припустил со всех ног за капитаном.

Кто-то закричал в кустах:

— Вон комбат!

Сразу же командиры рот, взводов, отделений, нарушив уже ненужную осторожность, вразнобой заголосили:

— Первая рота — в цепь! Вперед!

— Вторая рота — за мной!

— Не скучиваться! Ходу, ходу прибавляй!

— Сенька, обгоняй комбата!

— Эх, мать его перетак?

Мышкин коршуном налетел на Лосева:

— А ну, бегом! Ишь какой! Ты у меня, черт побери…

— Сам беги. Я за тобой.

— А ну!

— Я-то пойду, я-то пойду…

Еще не все взвода успели рассредоточиться, как завыли, зашипели с присвистыванием мины. Кто-то вскрикнул, оседая в траву, кто-то упал беззвучно. Троих, державшихся вместе, устроивших ругань и замешкавшихся, скосило одной миной, которая разрешила спор в свою пользу. Однако роты уже шли ходко, подгоняемые минными разрывами, убегая от них. Вот уж несколько солдат сравнялись комбатом, и он стал отставать, чтоб подбодрить задержавшихся.

Лосев, втянув голову в плечи, мотал глазами, шарил по солдатским спинам, пытаясь уловить кого-либо из своих все равно кого: Акрама-татарина или Маслия-еретика — остальные во взводе все были новенькие, из пополнения.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.