За рулем империи. История и тайны самой могущественной династии Италии стр. 130
Уберто Висконти ди Модроне, который состоял в родстве с Мареллой Аньелли и Аллегрой Караччоло. Семья переехала в Атланту (штат Джорджия), когда Джованнино исполнилось десять, а в 1977 году родилась его единоутробная сестра Кьяра. Несмотря на развод, оба родителя гораздо активнее участвовали в его воспитании, чем Джанни и Марелла в воспитании Эдоардо и Маргариты. Младший брат Джанни Умберто взял за правило каждый вечер ужинать с семьей.
Джованнино окончил школу в Соединенных Штатах, что отчасти помогло ему вырваться из тепличной атмосферы привилегий и лести, окружавшей знаменитое семейство. После окончания Академии Маккали, военной школы в Чаттануге, штат Теннесси, он поступил в Брауновский университет в Провиденсе, штат Род-Айленд, где изучал международные отношения, и в 1986 году окончил его. Там он был одним из стильных европейских студентов, которые выделялись своими кашемировыми свитерами, небрежно наброшенными на плечи, и дорогими лоферами. В Брауновском университете учились отпрыски и других известных семей. Так, с 1979 по 1983 год там учился Джон Ф. Кеннеди-младший, почти что одновременно с Джованнино.
Джованнино не был снобом, «но по всему его виду было ясно, что он из богатой семьи» – так сказал о нем один из сокурсников, пораженный тем, как однажды на вечеринке молодой человек, не задумываясь, просто доел десерт, оставил на столе свою тарелку и ушел. Подобно Эдоардо, он пренебрежительно относился к скоростным ограничениям.
«Он не вылезал из судов по делам о нарушении скорости», – вспоминает один из его коллег-стажеров в «Ай-би-эм», где Джованнино стажировался летом 1985 года. Именно в Брауновском университете Джованнино встретил свою будущую жену, высокую белокурую англоамериканку Эйвери Хау, которая училась на факультете архитектуры. Она продолжила учебу, поступив в магистратуру бруклинского института Пратта, а затем устроилась на работу к британскому архитектору Ричарду Роджерсу, который вместе с итальянцем Ренцо Пьяно разработал проект парижского Центра Помпиду. Джованни вернулся в Италию и в 1987 году начал работу в головном офисе компании «Пьяджо» в тосканском городе Понтедера, унаследованной его матерью после смерти Энрико Пьяджо в 1965 году. Он поселился в семейном поместье неподалеку от Варрамисты, элегантной вилле, построенной в 1589 году по проекту Микеланджело, с виноградником и конюшнями XV века. Но, даже привыкнув с детства к роскоши, жить он старался просто: автомобилю с личным шофером предпочитал поезд, потому что в поезде можно было поработать. Именно на поезде он ездил на собрания в головном офисе «Пьяджо».
Джованнино казался идеальным кандидатом на пост главы «Фиата» в новой эре. Сам он, по его словам, мечтал о том, чтобы «Фиат», а вместе с ним и остальной итальянский истеблишмент, стал более открытым. Это приобретало особенную важность в то время, когда деловой класс и политические партии страны были дискредитированы из-за «Тангентополи» – коррупционного скандала, который развалил правящий класс в начале 1990-х годов. «Истеблишмент должен больше следовать правилам рынка, потому что сильная конкуренция идет на пользу потребителям, промышленности и инвесторам, – заявил Джованни в интервью американскому журналисту Алану Фридману в апреле 1996 года. – К этому истеблишменту, конечно, относится и моя собственная семья – я ведь не могу сделать для «Фиат» исключение».
Это был намек на двух топ-менеджеров «Фиата», пойманных с поличным на финансировании деятельности партии во время скандалов 1990-х. В 1993 году финансовый директор «Фиата» Франческо Паоло