Библиотека

За рулем империи. История и тайны самой могущественной династии Италии стр. 55

Размер шрифта
-
+
Тема

миллионов лир, но, когда с неба посыпались бомбы, лишь «Фиат» да еще несколько других заводов и банков оказались адекватно защищены.

Некоторые из сброшенных бомб (всего их было тридцать шесть) предназначались для недавно построенного нового предприятия «Фиата» в Мирафиори, церемония открытия которого состоялась всего лишь годом ранее при участии самого Муссолини. Впрочем, ни один из снарядов не попал в цель. Тем не менее ночь 11 июня стала самым настоящим «крещением огнем», как сказал своим акционерам Джованни. Компания «Фиат» и ее предприятия по производству легковых и грузовых автомобилей, поездов и самолетов, а также сталелитейный завод стали эпицентром итальянской военной промышленности, и уничтожение их было главной целью союзнических войск. Это был лишь вопрос времени. Концентрация промышленности в Турине и его окрестностях придает новый смысл термину «моногород». В 1940 году на предприятиях «Фиата» было занято более 60 000 человек, из них 22 000 на заводе в Мирафиори (строительство которого завершилось в 1939 году) и еще 20 000 в Линготто. Кроме того, в неполный список городских предприятий «Фиата» входил завод по производству грузовиков «СПА», сталелитейный завод «Феррьере», изготовитель дизельных двигателей «Гранди Мотори», вагоностроительный завод «Материале Ферровиарио», завод шарикоподшипников «РИВ» и «Фиат-Аэронаутика» на окраине города, где сейчас находится Корсо Франча. При всех своих колоссальных размерах «Фиат» был весьма уязвим и не имел адекватной воздушной обороны.

Но в крайне уязвимом положении оказалась не только промышленность. В конце года общественные бомбоубежища в городе с 600 000 жителей вмещали всего 25 000 человек, а корпоративные и частные убежища – 150 000. Вскоре гражданскому населению Европы предстояло на собственном опыте узнать об ужасах акций, которые на языке военных стратегов назывались «бомбардировкой с целью подрыва боевого духа» или «террористической бомбардировкой»: преднамеренных и неизбирательных бомбардировках мирных жителей, призванных сломить их дух, тем самым приблизив окончание войны. В войнах прошлых лет гражданские лица находились вне зоны поражения – кроме тех несчастных, кто оказался на пути наступающей или отступающей армии. Теперь же британские ВВС устраивали бомбардировки по ночам, уничтожая целые районы городов, а ВВС США предпочитали атаковать военные и промышленные объекты, такие как «Фиат», причем делать это днем.

Когда Италия вступила в войну, Джанни исполнилось девятнадцать лет. Отбросив сомнения своего деда и наставника в том, насколько целесообразным было объявление войны Франции и Великобритании, он решил воспользоваться этим шансом и пойти по стопам отца, записавшись в ряды армии. Вскоре за ним последовала и восемнадцатилетняя Сюзанна, поступившая в 1940 году в Красный Крест в качестве медсестры. Дети Аньелли за свой недолгий век видели лишь диктатуру Муссолини, а отец Джанни Эдоардо с 1926 года был членом фашистской партии. Как и многие его сограждане и современники, Эдоардо считал диктатуру необходимой составляющей стабильности и развития Италии. В этом свете решение Джанни идти на фронт не было чем-то необычным, хотя и не было и неизбежным, учитывая, что его воспитание как части элиты дало ему более широкую перспективу. Родители его были роялистами: наследный принц Умберто Савойский был постоянным гостем в их доме, а дед поддерживал тесные связи с чиновниками королевского дома.

И еще Джанни было гораздо легче, чем какому-нибудь среднестатистическому итальянцу, взглянуть на Италию со стороны. Его мать была наполовину американкой, он бывал за границей и видел мир, неподвластный

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.