Заклятие горца стр. 19
была больше новичком, ей исполнилось двадцать четыре года! – ее частые полуночники требовали больше затрат энергии, чем раньше. Возможно, ей нужно начать принимать витамины. Пить больше молока. Есть овощи.
– Я не сумасшедшая, – думала она, мотнув головой и слабо улыбаясь явной нелепости предположения. Те две очень яркие мечты-галлюцинации, которые она пережила, были просто результатом перенапряжения и недосыпания, и она сделала грандиозные выводы из ничего.
– Я была просто истощена, – сказала она себе с небрежным, оптимистичным кивком.
Шоколад и сон поддержали ее расположение духа. Укрепили ее, чтобы начать новый день.
Она была готова работать снова и снова, вставать засветло,
или ночью, только для того чтобы доказать себе, что с ней все в порядке.
По крайней мере, именно так она чувствовала до того, как включила телевизор.
Месть.
Возможно, только это удерживало Кейона МакКелтара от полного помешательства в течение прошлых 1 133 лет его заточения в темном зеркале.
Снаружи зеркало казалось немного больше, чем обычное. Внутри это была круглая каменная тюрьма пятнадцать шагов в диаметре, которые хотелось пройти. И он много ходил. Подсчитывая каждый проклятый камень. Каменный пол. Стены из камней. Каменный потолок. Серый. Серый. Холодный.
За столетия его согревала только одна мысль, полыхая жидким огнем в его венах.
Месть.
Он жил этим, дышал этим, становился этим, плененный в клетке, и ждал. С того самого дня, когда Лука Майрдин Тревэйн, человек, которого он когда-то считал своим самым близким другом и мастерским собутыльником, связал его с Темным Зеркалом, обеспечив тем самым, себе бессмертие.
Учитывая периодичность ритуалов, обязательных для использования Лукой зеркала, и его собственную беспомощность в пределах тюрьмы и неспособность выйти, он, возможно, отказался бы от надежды реализовать свою месть, если бы его хоть изредка не вызывал кто-то извне, тем самым предоставляя кратковременную свободу.
Однако, будучи Друидом и Келтаром, Кейон понял, что вещи, которые казались невозможными, редко, но происходили.
Это все же случилось, какой бы утопией это не казалось.
Факт, который был продемонстрирован достаточно хорошо, когда три с половиной месяца назад вор ворвался в Лондонскую цитадель Тревэйна – невозможность в квадрате – и увез более половины самых дорогих реликвий ублюдка, включая Темное Зеркало, за считанные месяцы перед внесением десятины, которая должна была удержать связь Кейона с реликвией.
Ему, в конце концов, выпал шанс. Лука потерял власть над зеркалом как раз в то самое время, когда он больше всего в этом нуждался.
Сегодня был десятый день десятого месяца, и Кейону нужно только не попасться в лапы Луки еще в течение каких-то двадцати двух дней, – до полуночи дня Всех Святых, годовщины его заточения, – чтобы удовлетворить его старую тысячелетнюю жажду мести. И проклятье, он изнывал от нетерпения!
Теперь, когда Лука пытался получить Темную Книгу, самую опасную из всех реликвий Темного Двора Сидхе, которая обладала еще более разрушительными свойствами, чем отвратительное заключение Кейона в тесную тюрьму. Темная Книга являлась первоосновой многих смертельных магических ритуалов, известных человеку, оказавшись в людских руках, привела бы к катастрофическим разрушениям. В руках Луки Майрдин Тревэйна это могло привести к концу мира, мира, который мы знаем. Лука мог переписать историю, изменяя само время, если смог бы расшифровать в ней некоторые