Заклятие горца стр. 20
запутанные обряды. Кейон должен помешать ему получить книгу. Он должен победить своего древнего врага раз и навсегда.
Он думал, что успешно скрылся, верил, что Лука никогда не найдет его вовремя, с учетом того, через сколько рук прошло Темное Зеркало, и как далеко его отправили, но вчерашний вечер проиллюстрировал иное. Он был действительно обнаружен, и его время было на исходе.
Он узнал русского моментально, как только тот проскользнул в офис прошлым вечером. Он видел его несколько раз в прошлом, когда Роман посещал Лондонскую резиденцию Тревэйна, где Кейон висел высоко на стене в частной лаборатории Луки, как бы в насмешку, со стеной из окон, через которые была видна лондонская улица в мире, в котором он никогда не будет жить снова.
По крайней мере, он имел представление о сегодняшнем мире. Повесь его Лука к стене, он не был уверен, что даже жажда мести удержала бы его от безумия. Тогда ему не представилась бы возможность испытать зеркало и учиться вызывать инертные объекты, которые были в пределах его зрения, когда его страж был далеко. Таким способом, он не отставал от жестокого времени, несущегося вперед, пожирая каждую книгу, периодическое издание и газету, которая проходила через кабинет Луки за столетия, иногда даже смотря понемногу телевизор, в то время как вид за окном изменялся от сладко пахнущего луга до маленького города, и, наконец, к искушенному шумному городу.
Такому как этот «Чикаго», в котором он оказался прошлым вечером.
Свобода… Он смаковал ее как конфету, он снова на какое-то время был вольной птицей! Он чувствовал, как мнется трава под его ботинками, наслаждался ветром на своем лице!
В зеркале были дни, когда он чувствовал, что мог бы охотно отдать руку на отсечение за единственный глубокий вдох торфяника, усыпанного ароматным вереском, или несколько глотков соленого воздуха на диком берегу Шотландии. Или растянуться на спине наверху высокого хребта, так близко к небесам, как
только можно было бы добраться в Высокогорье, и наблюдать, как наступают сумерки, и фиолетовая полоса с темно-красным разводами, сменяется черным бархатным навесом, опрысканным алмазными звездами.
Он не видел свою любимую Скотию уже одну тысячу сто тридцать три года. Это было адом для Горца, жить вдалеке от своей родины.
Хотя Лука иногда предоставлял ему свободу в обмен на помощь с особенно трудным обрядом или темным делом, которое он хотел совершить (ублюдок в основном все время оставался под охраной, и, таким образом, Кейон не мог тронуть его). Последний раз это было более чем сто двадцать лет назад, и такие моменты были мучительно непродолжительны. Волшебство Темного Зеркала всегда возвращало его через некоторое время, несмотря на его сопротивление. Не имело значения, как быстро или далеко он от него сбежал, не имело значения, какие охранные заклятия Друида он творил для себя, через некоторое время – и никогда этот интервал не повторялся: один раз – весь день; в другой раз – не больше, чем один час, – и вот он только что был здесь: одно мгновение свободы; и вот он снова в своей тюрьме.
Вчера вечером ему потребовалось некоторое время, чтобы отследить Романа, и, так как он был обеспокоен тем, что зеркало могло бы вернуть его