Запах золота стр. 30
заколол Карлоса, когда тот вернулся.
– Я еще не думал об этом, – признался Барни, – но это возможно. Сейчас у меня еще слишком мало данных, чтобы строить гипотезы.
– И нет ничего удивительного в том, что Карлос потерял голову и говорил бог знает что, – продолжал Картер, стараясь быть убедительным.
Лицо Барни помрачнело, челюсти его сжались.
– Тем не менее я хочу пойти посмотреть на шхуну, которая только что подошла. И я также хочу узнать, кому она принадлежит.
Том Картер вздохнул.
– Харду.
– Это он владелец?
– Точно. Он купил «Лаки» у Сола Алвареца.
– В каком месте он рыбачил?
Картер полистал бумаги своими запачканными чернилами и слегка дрожащими пальцами.
– Ах вот: «Лаки». Мидл Байк.
– Спасибо. – Барни направился к двери, потом повернулся. – Мне хотелось бы узнать еще вот что: кто такая эта Мария Родригес?
Картер улыбнулся.
– Если я смею сказать, то она – бой-баба!
– У нее такая репутация или это твое личное мнение?
– Полагаю, это мое мнение. Я никогда ничего предосудительного о ней не слышал. Она приехала из Провинстауна, во всяком случае, она так говорит людям, с которыми общается. Она вдова и ни с кем не связана.
– И тем не
менее ей удалось зацапать Педро де Фал-гия. Тебе известно, как они встретились?
– Не имею ни малейшего представления. – Картер принял серьезный вид. – Послушай, Барни, если ты намереваешься направиться к «Лаки», будь осторожней, понял? Матросы Харда, как правило, неприветливые ребята.
– Я буду осторожен.
Шхуна стояла в десяти минутах ходьбы от Морской конторы. Ярко окрашенная новая изгородь закрывала вход на причал. Ворота, находящиеся посередине, были на запоре. И там висела табличка: «Вход воспрещен».
Ограда была слишком высока, чтобы Барни мог взглянуть поверх нее, но он узнал характерный стук мотора, который бывает при разгрузке судна. Он постучал в ворота, но не получил никакого ответа. Тогда он направился к соседнему причалу, заброшенному и ветхому, который выдавался в порту, как гигантский поломанный палец. Там не было никаких ограждений. Он осторожно пошел по прошившим доскам. Этот причал шел параллельно первому, их разделяло не более двадцати ярдов. Барни мог видеть склады, отремонтированные и свежевыкрашенные, и над ними простиралась надпись: «Питер Хард». Его внимание привлекла шхуна. Позолоченные буквы «Лаки» блестели на передней части судна, выкрашенного в ярко-зеленый цвет. Нос шхуны, высокий и острый, показался знакомым Барни. Может, это он разорвал трал «Мери Хэммонд»? Барни стал смотреть на людей, которые возились около люков и трюмов. Никто, казалось, его не замечал. Солнце, отраженное от поверхности воды, ослепляло его и мешало хорошо разглядеть судно. Ему нужно было подойти ближе и, если можно, подняться на него.
Отлив обнажил узкую полоску песка, заваленную обломками. Две маленькие лодки были вытянуты на эго подобие пляжа. Одна из них была сильно повреждена, другая выглядела лучше. Барни влез в лодку и оттолкнулся от берега.
Продвигаясь между двумя причалами, ом направился к зеленой шхуне. Уже на полпути его подозрения превратились в уверенность. Нос «Лаки» был выкрашен и обшит железом, но на ватерлинии краска была смыта и виднелся металл. Барии стал грести энергичнее. Приблизившись, он скользнул