Заплесневелый хлеб стр. 212
— Менять профессию, мне? Отличная идея! А что я стану делать? — Амитрано выдерживает упорный взгляд дона Джованни и думает: «Хочет предложить мне какую-нибудь подлость, да никак не решится!»
Чтобы Лоруссо легче было высказаться, Амитрано садится рядом на табуретку.
— Открой большой мануфактурный магазин. Солидный. Чтобы производил впечатление. Помещение у тебя есть. Улица подходящая. Состоятельных людей здесь ходит достаточно.
Дон Джованни замолкает и наблюдает за собеседником. Но Амитрано еще не понял, в чем дело, и продолжает созерцать голые стены своей мастерской.
— А дальше что? — спрашивает он скептически.
— В течение года примерно ты торгуешь, а потом вешаешь на магазин замок.
Дон Джованни с шумом поднимается, идет к двери, высовывается на улицу, смотрит направо, налево и опять усаживается на свое место.
Амитрано все это спокойно выдерживает, теперь уже он только притворяется, что не понимает.
— Как это «вешаю замок»? — спрашивает он.
— Вот уж действительно, если бог хочет наказать человека, он отнимает у него разум. Объявляешь себя банкротом! Неужели трудно понять?
Амитрано понимает. Еще бы! Понимает он также и то, что, едва магазин и склады окажутся забиты товарами, товары должны исчезнуть. Но по-прежнему делает вид, что не понимает.
— Легко сказать! А товар?
— Товар ты припрячешь еще до этого, понял? Эх, Амитрано! — Он разводит руками, словно хочет спросить: «Ты что? Вчера родился или дурака валяешь?» — затем продолжает — Ты его спрячешь, ясно? В такое место, где никто не найдет! — Он обеими руками тычет себе в грудь, что должно означать: «Иначе зачем бы я тебе это предлагал?» и заканчивает: —Это тоже нужно тебе объяснять?
— Вы уж извините, — говорит Амитрано, — вы пришли внезапно, застали меня врасплох, и я никак не возьму в толк…
Несколько секунд они молчат.
«Итак, ты решаешься? — спрашивает себя Амитрано. — А что будет потом? Такие дела надо уметь обделывать». И он думает о жене и детях.
— Простите, дон Джованни, а почему вы вспомнили именно обо мне? — спрашивает он после паузы.
Лоруссо раздражен. Отдуваясь и с трудом сдерживаясь, он говорит:
— Почему? Я уже сказал: на тебя можно положиться. Да ты подожди! Я расскажу тебе все подробно, и тогда тебе легче будет решиться. Прежде всего это нетрудно сделать, ничем не рискуя. Товар поставлю тебе я, то есть моя фирма. Другая фирма сразу предоставит тебе кредит, узнав, что я первым оказал доверие. Мы пустим слух, что какая-то родственница твоей жены согласилась дать тебе денег. Я это подтвержу, а мне люди верят. Но, чтобы не слишком подвергать себя опасности, я только скажу: «Да, так говорят». Понял? Мы подадим это в неопределенных тонах, дескать, кто хочет верить, пусть верит, а кто не хочет — как хочет. Тем временем первые партии товара ты пунктуально оплачиваешь. Раз, два — как в аптеке! Но прежде всего ты платишь по старым счетам моей фирмы: деньги для этого я тебе ссужаю. Так будет обстоять дело на первое время. А там и следующие партии товаров не заставят себя ждать. Ты забиваешь ими все помещение здесь, и не только здесь, а затем прекращаешь все платежи и начинаешь сплавлять скопившиеся товары. Дальше ты просишь заключить соглашения на больший срок. Некоторые фирмы, в том числе, скажем, и моя, тебе отказывают,