Запретная женщина стр. 58
пойдет о Джеке. Но оказалось, что это родня покойной матери решила разыскать ее давно исчезнувшую со всех горизонтов дочь.
Сидя в лондонском офисе дорогого адвоката, Эшли размышляла о том, как смерть иногда сглаживает и улаживает конфликты живых. Угрызения совести, настигшие бабушку на смертном одре, заставили ее вписать непризнанную при жизни внучку в завещание, чтобы хоть как-то компенсировать Эшли годы скитаний по приемным семьям. Умершая старушка оставила девушке в наследство солидную сумму и огромное количество незнакомых родственников, рассеянных по всей стране.
Денег оказалось достаточно, чтобы будущее Эшли перестало быть пугающе неопределенным. Конечно, на праздный образ жизни их бы не хватило, зато она наконец-то могла обзавестись собственным жильем. В любом случае она впервые ощущала себя обеспеченной и защищенной. Эшли нравилось это чувство и темп, с которым оно излечивало ее от застарелого комплекса неполноценности.
Свыкнуться с мыслью о внезапно обретенных родственниках оказалось сложнее. Сдержанная и замкнутая, Эшли поначалу восприняла мысль о знакомстве с большим количеством новых людей без энтузиазма. С другой стороны, черная дыра, оставленная в душе потерей Джека, требовала заполнения, и девушка сделала осторожный шаг к сближению. Шумное, бестолковое семейное торжество по этому поводу ошеломило и озадачило Эшли, однако, воодушевленная теплым приемом, она скоро привыкла и полюбила навещать родных – особенно маленьких
племянников и племянниц. Ее программа на выходные все чаще включала в себя поездки в Глостершир, где обитали многие члены семьи. Непривычное знание, что у нее теперь есть семья и корни, было не менее приятным, чем уверенность в финансовой безопасности.
Но второй звонок из агентства потряс ее гораздо больше, чем неожиданное наследство. Джулия, которая не упустила случая пожаловаться, что не нанималась к Эшли в секретари, сообщила, что из Блэквуда звонила Кристин с просьбой связаться с ней как можно быстрее.
На сей раз Эшли почти не сомневалась. Джек был слишком горд, чтобы просить помощи домоправительницы в личных делах. Щепетильность не позволила ему даже навести об Эшли справки через агентство. Но что могла хотеть от нее Кристин?
Инстинктивный ужас скручивал внутренности девушки в узлы, когда она набирала номер из своего офиса в отеле. Она начала задыхаться от плохого предчувствия еще до того, как Кристин с дрожью в голосе сказала, что в особняке случилось несчастье.
– Какое несчастье?
– Пожар, Эшли, страшный пожар. – В трубке раздался всхлип. – Блэквуд разрушен.
Колени девушки подогнулись, стены офиса начали сползаться, грозя раздавить ее.
– А Джек? Что с ним? Он пострадал?
Казалось, зловещая тишина будет царить с той стороны линии вечно.
– Да. – Голос Кристин сорвался. – Он очень пострадал. Мистер Марчант теперь совсем слепой, Эшли.
Слепой? Ее возлюбленный ослеп? Только какая-то невероятная внутренняя сила, о наличии которой Эшли и не подозревала, помешала ей упасть в обморок или обрушиться с проклятиями на Бога, который со всей очевидностью оглох. Ей с трудом удалось набрать в легкие достаточно воздуха, чтобы спросить:
– Где он? Где он сейчас?
– В старом доме недалеко от поместья. Я еще работаю на него, бываю почти каждый день. В остальное время за ним присматривают сиделки.
Сиделки? Ее сильный, несгибаемый Джек, который получал награды за отвагу в боях, теперь во всем зависит от сиделок? Эшли сглотнула горький комок, представив себе реалии его нынешней