Зеленая мумия стр. 284
в чем я сильно сомневаюсь, наверняка не сунется. А мне в самый раз. Денег на безбедное существование в «Клети» мне хватит.
Я одобрил план своего кузена, который рассуждал вполне здраво, чувствовал себя отлично и не боялся цыганки. Мы вернулись домой, и Хью еще с неделю пожил у меня, после чего отправился в свою вотчину. Я, признаться, волновался за него, но, несмотря на мои опасения, он больше не слышал ужасной гитары. Похоже, Тэнкред был прав: танцовщица отказалась от мести.
Спокойствие мое продлилось недолго. Не прошло и месяца, как я получил от Хью тревожное письмо. Из небрежных корявых строчек следовало, что адская мелодия вновь зазвучала у него под окнами. «И не только она, – гласило послание. – Я видел Лолу с человеческой головой в руках. Это голова того парня, которого я убил. Приезжай, ради бога, поскорее. Я схожу с ума».
Я не стал утруждаться ответом по почте, а спешно упаковал саквояж, сунул во внутренний карман револьвер и вскочил в первый поезд. Джабез Крейн, лакей Тэнкреда, встретил меня на платформе; мы уселись в двухместный экипаж и покатили в «Клеть», которую отделяло от станции миль двенадцать.
Я знал, что Крейн, присматривая за имением Хью в роли дворецкого, постоянно проживал в «Клети» со своей женой – угрюмой неприветливой женщиной, которую в округе считали ведьмой. Супруги слыли среди соседей отшельниками, мизантропами и дикарями и напоминали те зверские типажи, что описаны в романе Эмили Бронте «Грозовой Перевал». В них и вправду было мало человеческого, вдобавок оба ненавидели моего брата из-за каких-то давних распрей, которые вели еще с его отцом. Я не раз советовал Хью рассчитать и отпустить эту парочку на все четыре стороны, но он уверял меня, что я преувеличиваю, а по сути все не так плохо. Думаю, он просто ленился наводить порядок в своих делах – к несказанному удовольствию Крейнов, которые вот уже лет двадцать или больше хозяйничали в особняке, и всю дорогу до поместья я ругал себя, зачем не отговорил Хью поселиться в одной клетке с этими вампирами.
– Как мистер Тэнкред? Болеет? – спросил я Джабеза, когда мы отъехали от станции.
– Да, прихварывает, – проворчал тот.
– Вы видели цыган неподалеку от «Клети»?
– Боже упаси. Кого именно?
– Горбатого мужчину и красивую женщину, например.
– Ничего такого.
– А музыку слышали?
– Да…
– От кого же она исходит?
– Ума не приложу, – насупился Крейн и молчал всю дорогу.
Я понял, что ничего не добьюсь от этого субъекта, хотя мне показалось, будто он знает куда больше, чем говорит. Если враги Тэнкреда беспрепятственно разгуливали по Лондону, то почему бы им не чувствовать себя вольготно в глухомани Эссекса? Я внимательно оглядел своего мрачного спутника, вспомнил об отдаленном расположении «Клети» и незримом присутствии цыган и мысленно похвалил себя за то, что взял револьвер. В конце концов, я пущу его в ход, и злодеям дорого обойдется нападение.
Едва увидев Тэнкреда, я понял, что он опять погрузился в трясину полубезумного страха. Бледное изможденное лицо, лихорадочно блестевшие глаза и другие пагубные перемены свидетельствовали о том, что его разум вот-вот пошатнется. А когда после обеда мы уселись у камина, он сказал, что эти дьяволы объявились в здешних местах.
– Они добиваются моего сумасшествия, – твердил Хью,