Библиотека

Жена шута стр. 78

Размер шрифта
-
+
Тема

всего. А потом Саваж стремительно кинулся на Идальго.

Никаких победных кличей, никаких проклятий. Клинки сшиблись, и танец двух превосходных фехтовальщиков заворожил с первого мгновения. О, барон был хорош, насколько Колетт могла судить, но и Идальго ничуть не уступал ему, оправдывая свою славу. Он сражался, будто шутя, и черный плащ, который сам по себе мог стать оружием, летал по двору птицей, и даже даги пока не пошли в ход – противникам хватало длинных клинков. Дзынь, дзынь, дзынь – завораживающая песня. От нее делалось холодно и странно, и думалось совсем о другом – может, потому, что происходящее казалось нереальным.

«Я искала любовь, – думала Колетт, – искала ее, сравнивая книжные страницы с тем, что происходило вокруг меня; и вот у меня был солнечный Ноэль – моя придуманная мечта, которая никогда не была явью. У меня был Ноэль, сидящий сейчас на гнилой соломе, и я верила, что однажды он приедет и назовет меня своей. Однако мой кузен любит свою Софи, кем бы она ни была, и тем счастлив. Мне хотелось любви, как воды в жаркий день, и я готова была на что угодно, даже на то, чтобы избрать кумиром своего сердца эту неведомую черную птицу с испанским прозвищем. Только мне не нужен загадочный герой Идальго, да благословит его Господь. Мне нужен мой муж, Ренар Тристан де Грамон, которого я обижала своими словами и недоверием и который всегда будет сражаться за меня.

Как сумеет.

Господи, пусть он останется жив! Ты, там, на небесах, уже начинающих светлеть (ах, эти стремительные августовские рассветы!), – помоги моему мужу, Господь, и я ничего не пообещаю тебе взамен, кроме благодарности и любви. Помоги ему вернуться ко мне. Помоги мне ему сказать.

Может быть, он захочет услышать».

Дзынь. Дзынь, дзынь.

С коротким хеканьем барон де Саваж выбросил вперед руку, достав клинком плечо Идальго, и тот отшатнулся, однако тут же ушел в сторону. Полученная рана ничуть не мешала ему, казалось, он стал двигаться еще быстрее, и Колетт смотрела на него со все растущим восхищением. Она так увлеклась, что пропустила момент, когда шпага Идальго вошла в горло барона де Саважа.

Капитан мушкетеров захрипел, схватился за клинок скользкими пальцами, но кровь хлынула неудержимо, заливая белый воротник и превращая его в алый. Ноги барона подкосились, но упал он аккуратно: Идальго поддержал тело, чтобы тут же вытащить из него клинок. Взметнулся кровавый фонтанчик, Колетт моргнула, а Идальго наклонился к своему врагу, глаза которого уже начинали стекленеть, и что-то сказал ему на ухо. Барон забился, захрипел, его руки шарили в поисках уроненной шпаги, однако он ничего не мог больше ни сделать, ни сказать. Конвульсии сотрясали тело умирающего, и через несколько мгновений оно замерло.

Идальго выпрямился.

Молчание, повисшее во дворе, было осязаемым. Мушкетеры лишились вожака – и есть ли среди них следующий, Колетт не знала. Она не удивилась, когда Идальго заговорил:

– Господа в красных куртках, у меня с вами счетов нет, да и с вашим капитаном не было – вот у него со мной были. Если вы желаете устроить бойню, прошу вас, не стесняйтесь. Каждый волен выбрать себе смерть. Но я предложу вам вот что: мы спокойно разойдемся, все сохранят свои

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.