Библиотека

Зима 1238 стр. 114

Размер шрифта
-
+
Тема

запасом в собственных колчанах… То есть в среднем по два десятка на брата. И рогулек железных тоже ведь не осталось – вообще!

Впрочем, его гриди и так замерзли! Пора бы уже вновь явить молодецкую удаль татарам! А те уже вон тут как тут, показались впереди на речном льду…

С удивительно мягкой улыбкой князь закрыл глаза и подставил свое лицо лучам солнца, испытывая при этом мстительное удовлетворение: все-таки долго провозились вороги с полосой железных рогулек, очень долго! А еще Михаил Всеволодович не мог не радоваться тому, что страха в настоящий миг не испытывал никакого – вообще никакого… После того как он узнал о трудностях спасения горожан из Пронска, узнал о подавленных в панике детишках, так и отступил весь страх, отступил перед ненавистью к источнику бед русичей… К татарам. Впрочем, кто знает, может, чуть позже страх и вернется. Может быть…

– Приготовились! По моей команде… Бей!!!

Моему отрывистому крику вторят дружные хлопки тугой тетивы каждого из семи тяжелых стрелометов, отправляющих сулицы на полтора перестрела, как принято говорить у местных. А спустя всего пару секунд схожие хлопки послышались и с противоположного берега…

Короткие копья ударили в гущу вырвавшихся вперед всадников, сметая их, опрокидывая на лед вместе с лошадьми, прошивая тела половцев насквозь и застревая

в следующих позади поганых! Ответом нам стали дикий крик тяжелораненых и изувеченных татар, а также истошное ржание покалеченных животных…

Свое первое слово мы сказали, и командующий передовым отрядом степняков верно понял сложившийся расклад. Очевидно, он осознал, что с берега мы имеем явное преимущество в стрельбе, а его нукеры на реке, наоборот, слишком скученны, и противостоять нам смогут лучники лишь в самой голове колонны. Так что весь тумен в пределах видимости замер на месте, а после спешенные стрелки густо полезли на оба берега реки.

Оглядевшись по сторонам, с неудовольствием разглядев выражение безграничной усталости на лицах большинства воев (впрочем, я и сам едва ли не до донышка высушен, после драки-то и уже трех за день марш-бросков), я нарочито бодрым голосом закричал, стараясь хоть немного встряхнуть людей:

– Солнце скоро сядет, братцы, а в темноте татары драться не смогут! Уже немного осталось нам! Неужели не сдюжим?! А уж там рванем на лыжах отсюда – так рванем, что никто не догонит! Последняя для нас эта схватка. Слышите? Последняя! Уходит ворог, ничего с нами поделать не смог – и уходит! Мы уже победили! Победили!!! А сейчас проводим поганых как следует, чтобы вернуться на Русь и не подумали! Чтобы они страшной северной землей орусутов детей своих пугали! Пусть она навсегда останется для них злой!!!

– Гойда-а-а-а!!!

Оживились дружинники немножко, засветились их глаза, заиграли недобрым огнем… Это хорошо.

– Братцы, в каждом десятке ведь есть лучшие лучники. Так пусть лучшие берут себе по два колчана стрел, а оставшиеся их прикроют щитами – нужно надвое поделиться, и быстро! Десятники и сотники, определите людей!

И кому по ворогу бить, воткните срезни в снег перед собой, чтобы поднимать их сподручнее!

Вой тотчас засуетились, послышались отрывистые приказы командиров, а я вновь закричал, надрывая голосовые связки:

– Сотня Мала целиком строится вдоль берега, прикрывает княжеский отряд. Коли начнут наседать на дружину поганые, отсекайте их. И возьмите

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.