Знак Зодиака Змееносец стр. 92
весело поглядел на озадаченную супругу и пояснил: – Прости, забыл, что с религией у тебя сложные отношения. Тогда скажу по-другому. Всё зависит от его величества случая. Так лучше?
– Намного, – растерянно кивнула Киряк. – Ладно, спрошу ещё проще. Если один из близнецов преступник, то другой тоже будет иметь подобную склонность к противозаконным деяниям?
– Ого! – присвистнул Сонин. – Вот так расклад! Нет, на подобный вопрос у меня ответа не имеется, по крайней мере, мне ещё никогда не попадалась статья, где брат с сестрой совершают нечто подобное. Это тебе скорее у нашего соседа Иванова следует поинтересоваться – их ведомство ведь подобными вопросами занимается. А мы, врачи, лишь болезни изучаем, способы их передачи, диагностику, лечение… Кстати, вспомнил интересный факт про однояйцевых близнецов: отпечатки пальцев у них, хоть и очень схожи, но с возрастом всё равно приобретают некоторые индивидуальные отличия. Вот как, дорогая моя, нет ничего полностью идентичного в этом мире!
– Про отпечатки ты, Славик, наверное, загнул!.. Нет, я тебе, конечно, верю, но всё-таки уточню у Иванова.
– Уточни-уточни, Фомушка неверущая… – самодовольно ухмыльнулся доктор.
Однако Киряк была сегодня в ударе и никак не могла успокоиться. Не прошло и пары минут, как у неё назрел очередной вопрос на медицинскую тему.
– Слав, а если мать имеет расстройство психики и уже много лет находится в специализированном учреждении, и она, допустим, передела детям-близнецам свою Х-хромосому. Могут ли они страдать подобным заболеванием?
– Могут, – твёрдо ответил Вячеслав Валентинович. – Но столь категоричный ответ возможен только в том случае, если они действительно однояйцевые близнецы, потому как в случае с разнояйцевыми братом и сестрой они, скорее всего, будут иметь разный генетический код.
– А как это можно выяснить?
– Ну, для начала требуется хотя бы узнать, где проходили роды, затем поднять из архива обменную карту, изучить её, затем историю родов…
– Ой, как всё сложно!
– А ты как думаешь! Нет, хотя сейчас в крупных центрах, в Москве, например, уже вовсю делают генетическую экспертизу. Пожалуй, лишь она является стопроцентной гарантией результата.
– Ладно, Слав, спасибо за пояснения, буду думать… – тяжело вздохнула Киряк.
– А кого проверить-то надо? – поинтересовался доктор Сонин.
– Эксперта-криминалиста Галушку.
От подобного ответа брови Вячеслава Валентиновича непроизвольно поползли вверх.
– Кого-кого? Ты же с ним только что в командировку ездила! И что, он теперь у тебя подозреваемый? – было заметно, что в его глазах вновь появилось беспокойство. – Олесь, а ты хорошо себя чувствуешь? Не перетрудилась случайно?
– Слав, всё нормально, не волнуйся. Это я неудачно пошутила, у нас уже есть подозреваемый, на кого указывают многие улики.
– Хорошо, будем считать, что ты меня успокоила. А то я уже чёрт знает что подумал…
Киряк видела, что муж только сделал вид, что успокоился, а сам, нет-нет, а временами кидал на неё косые взгляды.
«Если спрашивать, так всё за раз», – поразмыслив, решилась она.
– Слав, раз уж ты подумал, что у меня «кукушка» поехала, то ответь мне тогда вот на какой вопрос, – она положила свою руку на тыл кисти мужа. – У тебя есть знакомые врачи в орловской психбольнице?
Услышав такое, доктор Сонин чуть не подавился чаем.
– Чего?!
– Да не мне, Слав, по работе, но так чтобы моё начальство об этом не узнало.
– Знаешь ли… – начал он, встав