Золотое побережье стр. 140
просто так, чтобы скоротать время. Странно выглядит этот остров – мелкий, жесткий кустарник, кое-где – лысые промоины и везде, буквально везде разбитые танки, десантные амфибии, вертолеты, бронетранспортеры. А западная, дальняя от материка сторона вся в оспинах бомбовых воронок. У одного из холмов напрочь, словно ножом, срезана верхушка. Другой, соседний, сплошь закован в бетон, из которого высовываются десятки радарных мачт и прочих протуберанцев.
– А ты уверен, что это такая удачная мысль – передавать с рук на руки шестьдесят литров запрещенного афродизиака прямо под носом у нашего славного военно-морского флота? – спрашивает Таш.
– Принцип похищенного письма. Им в жизнь не догадаться.
– А и догадываться не надо! У них тут такая наблюдательная аппаратура, что она, небось, может измерить молекулярный вес на расстоянии. И слышит наши с тобой разговоры.
– Ну так и не будем об этом говорить.
Инструкция у них простая, лечь в дрейф в четырех милях прямо на запад от южной оконечности острова. Приходится поработать с компасом, а затем – выбрать ориентиры, по которым можно будет держаться на нужном месте после наступления темноты.
На юге острова холмы изрезаны ровными террасами, даже трудно поверить, что это – дело рук самой природы, а не человека. На одной из террас пасутся козы.
– Самые, наверное, параноидальные козы на всем земном шаре, – замечает Таш. – Ты представляешь, что у них за жизнь? Щиплют себе полынь, никого не трогают, а тут вдруг бах-трах, начинается очередной обстрел или бомбежка.
– Жуть! – смеется Сэнди. – А вот ты, ты можешь себе представить, какое у них мировоззрение? Я хочу сказать – как они все это понимают и объясняют друг другу?
– С трудом.
– Мы для богов – как мухи для ребенка, или как там это.
– Интересно, есть ли у них программа гражданской обороны?
– Есть, наверное, и ничуть не хуже нашей. «Они пришли! Спасайся, кто может! Ноги в руки и – бежать!» – Сэнди и Таш смеются. – Как мухи для ребенка… как же там дальше?
– Вот если бы тут Джим был…
– Да, – кивает Сэнди, – ему бы здесь понравилось, и эти террасы, и все.
– Нужно было взять его, а не меня.
– У него сегодня урок.
– У меня тоже!
– Да, но без тебя там обойдутся.
– Скорее всего, хотя и не обязательно. – Новый взрыв хохота. – А ты слыхал, что он теперь встречается с девицей, которая ведет уроки в соседнем классе?
– Рад за него. Уж верно лучше, чем мучиться с Вирджинией.
– Да уж точно… Интересно, куда девалась Шейла? Вот она мне нравилась.
– Мне тоже. Но только Джим, он же…
– Придурок?
– А-ха-ха, ха-ха-ха. Да нет, нет, ты же понимаешь, что я хочу сказать. Ну ладно, может, хоть с этой учительницей.
– Во-во.
С наступлением ночи остров оживает. Они ужинают – опять бутербродами – и слушают доносящиеся оттуда скрип, рев, лязг, иногда – мягкий рокот боевых вертолетов. И все в полной темноте, только на самой возвышенной точке острова ровно мигает красный маячный огонек. Пару раз Таши замечает на фоне звезд черный силуэт вертолета. Затем – у-у-у-БУМ, и где-то в глубине острова взметнулось оранжевое, грязное от ошметков земли пламя. Вот дьявол!
– Будем надеяться, – смеется Таш, – что нами не заинтересуется ни одна из тепловых прицельных систем.
– Не