Зорге. Последний полет «Рамзая» стр. 135
виду людей, обладающих загадочными способностями воздействовать на психику других?
Отт утвердительно качнул головой:
– Я имею в виду наличие скрытых сил и явлений в человеке, способных влиять на сознание других.
– Как-то особо не задумывался. Хотя почему бы и нет? Тебе не доводилось слышать, что Гиммлер верит в реинкарнацию и утверждает, что лично общался с духами выдающихся в прошлом вождей?
– Рихард, ты бы не мог отдать мне свою картину на время? – уже впрямую сформулировал вопрос Отт. – Понимаешь, на этой неделе у меня запланированы три очень ответственные встречи с японцами. Хочу повесить Гитлера в кимоно у себя над головой. Что скажешь?
Поняв наконец, чего от него добивался Отт, Зорге громко рассмеялся:
– Вон ты куда клонишь? Думаешь, увидев нашего фюрера в кимоно, японцы станут сговорчивее?
– Да кто их знает? – тоже рассмеялся Отт. – А вдруг. Энергетика фюрера, скажу тебе, будь здоров!
– Конечно, я не против, если это поможет делу.
За время беседы Отта с Зорге в приемной посла собрались несколько ответственных сотрудников. В их числе морской атташе Веннекер и полковник Мейзингер. Попросив минутку времени, Отт провел Зорге в кабинет.
– Как видишь, ни минуты свободного времени, – пожаловался посол. – Два совещания сегодня вечером и еще одно завтра утром, в этом же составе. И все в связи с директивами из Берлина. Некогда продохнуть.
Отт подошел к сейфу и, вытащив из него увесистую папку, покачал ее в руке, будто взвешивая, и произнес: – Вот, посмотри, Рихард, с каким объемом приходится работать. И так постоянно.
Зорге сочувственно улыбнулся, переложил бумаги в свою папку и, слегка прихрамывая, направился к двери.
– Скажи им, пусть заходят, – попросил вдогонку Отт.
В приемной Зорге передал просьбу посла присутствующим и подошел к Веннекеру и Мейзингеру со словами:
– Наш общий друг Вукелич просил меня известить вас, что сегодня вечером собирает друзей в своем загородном доме. Вы оба, господа, приглашены.
– По какому поводу? – спросил Мейзингер.
– По случаю его успешной фотовыставки в Токио.
– Что-то такое слышал, – попробовал вспомнить Мейзингер, но секретарша не дала завершить удлинившийся разговор:
– Господа, посол ждет.
Мейзингер с Веннекером только и успели в ответ молча пожать плечами.
Сеанс связи с Москвой, который должен был состояться сегодня вечером в пригородном доме Вукелича, было решено обставить вечеринкой с гостями и выпивкой. Узнав от Отта, что в совещании у него участвуют Веннекер и Мейзингер, которым посол непременно даст поручения, вряд ли смогут найти время для вечерней выпивки в дружеской компании, а тем более предстоящее совещание следующим утром, где все участники должны быть в «форме», а не «под впечатлениями от ночной попойки», укрепляло это предположение.
Такая мера предосторожности позволяла вполне легально собрать под одной крышей ключевых членов группы. Присутствие таких фигур, как морской атташе и глава службы безопасности посольства, обычно посещавших подобные вечера, являлось дополнительной гарантией безопасности. То, что именно сегодня Веннекер и Мейзингер не смогут прийти, было на руку Зорге, так как сеанс связи – дело рискованное. Но сам факт того, что эти люди относились к завсегдатаям, при случае могло сослужить добрую службу.
Присутствие среди гостей представителей богемы придавали собранию некий флер светского мероприятия. Художник Мияги, который никогда не обделял вниманием фото и художественные выставки, советник премьер-министра Японии и журналист