Библиотека

Журавушки стр. 87

Размер шрифта
-
+
Тема

хворает мать, – взглянув исподлобья, сказал старик. – И война подкосила, и Федька погиб, и голод, а потом со мной замучилась, когда с фронта привезли. Да ещё столько лет ждала Матвейку. Бывало, ночью проснусь, поднимусь с полатей, чтобы водички глотнуть, гляжу, а она перед иконами стоит и шепчет. Вроде как и не ложилась даже. Петух загорланит, а она уже на ногах и хлопочет по хозяйству. Наверно, с часок вздремнула и всё, а может, и того не было. Да, досталось нашим бабам, в рот пароход, – дунул, табак вылетел из папироски, он достал другую, размял и прикурил, выпустив облачко дыма. – Эх, жизня!

– Правду говоришь, батя, и во время войны досталось, и после неё – проклятой, – тяжело вздохнув, буркнул Семён. – Я всю войну прошёл, а моя Нюрка поседела. Частенько бывает, ночами начинаю воевать, кое-как меня растолкает, а сама плачет. И ребятишки плачут. Залезут на одну кровать, в угол забьются и плачут. Боятся меня. Эх, ёшкин малахай! – он кулаком ударил по колену, поморщился и достал папироски. – Бывает, что себя боюсь, как бы чего не натворить спросонья. Всё война снится, – а потом взглянул на пачку и протянул: – На, кури, батя. Ну и что, что покурил, ещё бери. Про запас дыми. И я с тобой затянусь. Эх, да… Сюда приехал, Ефима видел. Видать, пока погода теплая стоит, решил землю вскопать. Постояли с ним, покурили, и я сюда пошел. Да уж, досталось мужику, – он снова нахмурился. – И детства не видел, и чуть было не арестовали, как ты рассказывал, на фронт ушел, жена утопла в Ветвянке. А вернулся, так и не женился. Видать, на роду написано, что один будет век куковать. Эх, жизня!..

Махнул рукой, вздохнул, снова достал пачку курева и протянул отцу.

Опять задымили. Молчали. Семён задумался, злые морщинки возле глаз появились. Сидел, не шелохнувшись, не обращая внимания, что папироска давно уж перестала чадить. Услышал курлыканье. Поднял голову. Взглядом проводил журавля, который кружился над домом. Наверное, Федькина душа в него переселилась. И кружит над нами, и зовет, а потом улетает…

Не видел, что отец поднялся, и как был босиком, так и пошёл на задний двор к сыновьям. Покручивая между пальцами длинный ус, что-то долго объяснял им, показывая на разделанную тушу, потом кликнул дочерей, опять ткнул пальцем в мясо, вернулся на крыльцо и снова присел рядом с сыном.

– Ну, ничего не могут без меня сделать, обормоты! – запыхтел он и погрозил пальцем. – Ух, не посмотрю, что вымахали, сниму кнут со стены, всех отстегаю. Разгильдяи, в рот пароход и в задницу корабль! – это было его любимое ругательство.

– Батя, неужели и меня отлупишь? – хохотнув, сказал Михаил и поправил тяжёлый китель с множеством орденов и медалей. – Я же по званию намного старше тебя.

– А тебя в первую очередь, Мишка! – насупившись, рявкнул старик и, повернувшись, стал всматриваться в полутёмные сени в поисках кнута. – Не посмотрю, что в офицерах ходишь. Нацепил погоны и награды и думаешь, что на тебя управы не найдётся? Отлуплю как сидорову козу. Понял? Я – главнокомандующий в семье! И не забывайте об этом! Бабка, иди-ка сюда. Ну-ка, выпиши наряд вне очереди этому охламону, – и ткнул в сторону сына. – Отправь чистить навоз. Как

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.