Аббарр. Песок и пламя стр. 398
и беда, что его не было рядом. Иначе он бы сумел поймать песчинку времени Отца, не позволил бы ей завершить путь. Но язык прилип к небу, и все слова разом исчезли.
Дхару перестал ворошить выцветший огонь и, поднявшись, сделал шаг к сыну. Отец нависал скалой. Карш смотрел на него снизу вверх, как тогда в Яме.
– Давай же, сынок, вставай – Дхару протянул руку. – Пора идти дальше.
Карш хотел ухватиться за руку Отца, но образ поплыл.
– Вставай! – кто-то тряс его за плечо. – Пора идти дальше!
Карш с трудом разлепил веки – прямо перед ним было лицо элвинг. Иномирные глаза с разбитыми зрачками буравили его, как иглы остролиста. Тонкие руки вцепились в рубаху, костяшки пальцев побледнели.
– Слава кварпам! – выдохнула девчонка.
Но Карш лишь отмахнулся, переворачиваясь на другой бок и желая вновь увидеть Отца.
– Даже не думай! – элвинг отвесила ему оплеуху и вновь ухватила за грудки. Карш вскинулся, сжал кулаки, обнажил клыки, но за спиной элвинг раздался предостерегающий рык кайрина, и караванщик обуздал свой гнев.
– Что-то происходит, – прошипела Ашри. Карш окинул взглядом каменный зал. Серая дымка заполнила руины: Орт готовился к восходу. Покой, тишина, только кайрин бьёт хвостом и выписывает восьмёрки.
– Что? – нехотя спросил он.
– Не знаю, – Ашри встряхнула головой. – Но камень дрожит.
Теперь и Карш ощутил это. Беззвучный гул. Как в пятках после длинной дороги, как от тяжёлой телеги, уже скрывшейся из виду, как беззвучное урчание гигантской шаати.
– Камни поют, – элвинг потёрла виски, – а ещё они пьют нашу память.
Ашри вскочила и скрестила руки на груди:
– Сколько мы уже тут?
– Второе пробуждение Орта? – Карш нахмурился. – Может, больше.
– В том и дело! Я видела уже пять восходов! И я не помню ничего, кроме них!
Элвинг зашагала из стороны в сторону:
– Я закрываю глаза и вижу одно и то же!
Карш поднялся на ноги, покачнулся. Хотелось спать. Хотелось вновь увидеть Отца.
– Каждый раз я вижу, как поднимается Орт, – продолжала элвинг. – Ветер приносит прохладу моря. Свет падает на доски пола, разбивается на куски решёткой…
Ашри мотнула головой и нахмурилась.
– Кого ты видела? – спросил караванщик.
– Друга, – с болью ответила Ашри. – Друга, которого нет и…
– За чью смерть ты винишь себя? – Карш горько улыбнулся.
– А кого видел ты? – её вопрос и был ответом.
– Отца, – растирая виски, ответил Карш. – Его призрак.
– Это место не хочет нас выпускать. Оно усыпляет наш разум. А мы ему помогли, – Ашри кивнула на пустые бутылки из-под ледяного вина Ахрана. – Вино, игры с ормом, смерть Марага… Это пробудило то, что тысячелетиями дремало в этих руинах. Когда я прикасаюсь к камням, я вижу лишь туман. У этого места нет прошлого, такое оно древнее. Изначальное. И со мной такое уже было…
Ашри осеклась, закусила губу. Сварг легонько потёрся о её бок головой.
– Пора убираться отсюда, – выдохнула элвинг.
Карш подошёл к спящему гвару. Золотинка всхрапывала и время от времени пряла ушами. Караванщик погладил широкий лоб.
– Она не просыпается, – Ашри злилась, – Сварг даже за хвост её тянул. Если бы не он, я уже тоже прилипла бы к камню. Мы и тебя еле добудились.
– Да, я и сейчас ещё б вздремнул, но одна назойливая элвинг не даёт.
Карш наклонился