Библиотека

Аид, любимец Судьбы. Книга 3: К судьбе лицом стр. 214

Размер шрифта
-
+
Тема

Прощать лучше всего тех, кому ты уже отомстил. А я не знаю, когда и как ты успел… И теперь мне придется думать еще и об этом.

Зевс улыбнулся без тени веселья – криво, устало. Запустил пальцы в блестящие, витые кольца бороды.

– Почему? Разве ты не знаешь, что сын мой Геракл освободил Прометея и помирил его со мной? Я знаю теперь, что это не ты угрожаешь моему трону. И не только это.

– Не только? – вопросом отразили стены.

– Не только. Ты помнишь Прометея? Его трудно заставить говорить о деле, но если уж он заговорит – еще труднее его остановить. Я знаю, кто помог мне во время заговора Аполлона и Посейдона. Я знаю, что ты никогда бы не открыл врата Тартара, чтобы свергнуть меня – ради жены или нет, неважно, – короткое молчание. – Я знаю, зачем ты взял жребий.

Наверное, это нужно отпраздновать скупыми владычьими объятиями. Мне бы пройти пять шагов, которые гулко отдадутся в пустом зале – и поприветствовать новообретенного брата. А потом можно пир устроить. Ибо – радуйся, Щедрый и Ужасный! – твоему миру больше не угрожает гнев Олимпа. Громовержец расположен к тебе как никогда, ибо знает, что ты не собирался покушаться на его престол, а собирался мирно подпирать врата Тартара спиной. Вот, прибыл самолично – доложиться о том, что возвращает тебе свою братнюю привязанность…

– У вас там что – так плохо? – спросил я. Успел поймать короткую, ленивую молнию из прищура: попытаться еще раз? нет?

Зевс махнул рукой.

– Хуже, чем плохо. У тебя тут есть, где присесть? Глупо вот так, стоя…

Еще глупее говорить вдвоем в огромном пустом зале – мрамор, медь и золотые прожилки пола и стен, чаши с драконами ковки Гефеста баюкают рыжее пламя…

Я покосился на свой трон. Молча призвал серебряную скамью, на которой обычно сидел Эак. Для себя выдернул из угла кресло – в углах чего только не было стараниями Эвклея, на всякий случай… вот и пригодилось.

Зевс уселся с готовностью, закутываясь в темно-синий, со скромной серебряной каймой гиматий. Хитон под гиматием тоже был темный, только пояс секундно сверкнул драгоценными бляхами. Долго наряд под подземный мир подбирал, брат?

– Ты слышал о Флеграх? Впрочем, кого я спрашиваю. Гермес наверняка говорил тебе… Успел ли он рассказать о нашей последней вылазке? Я, Афина и Гермес, воспользовавшись невидимостью твоего шлема, проникли на Флегрейские поля. Мы попытались застать Гигантов врасплох…

А не после этой ли вылазки у тебя такой потрепанный вид? В память, как на заказ попросилось ржание Хирона – того самого, который безмятежно пьянствует где-то в Стигийских болотах в компании Эмпусы (они еще соревнования устраивают, кто громче копытами стучит). Который недавно перепил Эвклея и который утверждает, что «в жизни все было гораздо скучнее, знал бы – давно б уже себе… ядовитую стрелу… ик! в одно место».

Но надо же хоть для виду изобразить интерес.

– И что же вы узнали?

– Что они неуязвимы там, где рождены. Даже для… – Громовержец, скривившись, потер свой колчан. – Нам пришлось отступать… хотя что я… – он нагнулся вперед и произнес раздельно: – Нам пришлось

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.