Аид, любимец Судьбы. Судьба на плечах стр. 311
какие предусмотрительные нынче пошли заговорщики. Ведь ему же недостаточно было, что это работа Циклопов. Ему нужно было проверить их на время – сколько они могут держать бога.
Теней вокруг становилось все больше – люди падки на зрелища и после смерти. Не желали плыть в сторону Леты за забвением. Желали – стоять и любоваться на нелепо попавшегося в силки Аида Непреклонного: миг – и куда делось величие. Разве что багряный плащ остался…
– Сизиф принял цепи с охотой. Отдаю ему должное – о Танате он сам подумал. Ему как раз открыли, что Жестокосердный скоро явится за его головой, а смертным так не хочется умирать – верно говорю?Дружески оглядел собравшуюся толпу теней. Те поддержали – кто вздохами, кто скрежетом призрачных зубов, кто негромким плачем…
– А ты оказал мне еще одну услугу, когда притащил эти цепи в свой дворец, да еще и положил их рядом с хтонием.Хтоний Оркус обронил, да еще ногой наподдал – мол, хватит, оказал на сегодня услуг. Шлем, который веками не видел такого пренебрежения, глухо дзынькнул о камень, по черной бронзе волной пробежали сначала картины неприличные, потом ужасные. Все – с Оркусом в главной роли.
А двузубцем бог клятв любовался. Трогал пальцами то одно острие, то второе. Заглядывал в глаза выкованным псам, казалось, вот-вот поцелует песьи морды.
– И что теперь? – сказал я. – Поднимешь восстание? Обрадуешь Гекату и ей подобных, дав свободу этому миру?– Геката – дура, как и ей подобные. Они думают, что у этого мира не может быть владык. Ты доказал, что им можно править. Сделал его царством. А теперь, когда трон твой внезапно опустел…Проклятые камни отчаянно кололи колени, и резало слух дыхание Ананки.
«Невидимка…»
«Я сам».
– Ты дурак не меньший, чем она, если думаешь, что тебе позволят сесть на мое место.– А разве нет? – и засмеялся беспечно, блеснули глаза юностью и азартом. Куда и делось подобострастие, вечно дрожащий подбородок… – Сколько из них останутся верными тебе и попробуют поднять восстание – Танат? Гипнос? Ведь по пальцам же можно пересчитать. Я же – свой, я сын Перса, внук Эреба, мой отец когда-то хотел править здесь, меня они примут как избавление от тебя…А тем, кто не пожелает слушать – я знаю, чем ответить.И любовно поглядел на черные жала двузубца.
Едва ли он рассчитывает только на чудесное оружие ковки Циклопов. Наверняка успел заручиться поддержкой кого-нибудь из Стигийских болот. И великаны – значит, восстание в копях. Кузницы…
– Ты ни о чем не забыл?Он улыбался скипетру – нежно, понимающе, и речь обращал тоже к нему, не удостаивая взглядом коленопреклоненного Владыку.
– Твои братья, ты хочешь сказать. И они полезут в подземный мир спасать тебя? Сажать обратно на престол? Я найду, что предложить им. Посейдону – поддержку в борьбе против Зевса. Зевсу я ничего не буду предлагать. Я хорошо разбираюсь в клятвах, ты знаешь… Мне только достаточно будет заменить кару Сизифу.Капля холодной влаги прочертила дорожку по виску, скатилась к пересохшим губам. Кто проболтался? Гермес – мог, особенно если в подпитии, поймаю – узнает гонец, что бывает, когда кадуцей применяют не по