Алый трон стр. 56
ласкам возлюбленной жизнь в одиночестве.
– По-твоему, я совсем дурочка и не ведаю, что творит мой сосуд или я сама?
Наконец он умолкает, и я наслаждаюсь испугом на его лице. Если Харун так себя ведет, значит не знает, что никакой я не сосуд Рашматун. Иначе в своих ответах был бы более скор и остроумен.
Тогда почему он задумал свергнуть меня с трона? И причастен ли к его планам Асахар?
– Рашматун, добавлю, что на следующей неделе состоится Испытание божественности, – говорит Харун, придя в себя. – Я уже разослал приглашения другим Ракхтам и позаботился, чтобы их доставили в срок.
Внутри у меня все переворачивается. Из-за Медхи и Илама я совершенно об этом забыла. Поскольку в Бакхтине должны собраться все Ракхты… приедет и Асахар. Возможно, все это время Асахар снабжал моих жрецов магией? Но это невозможно. Он не посещал мои владения целых пять лет; в последний раз я видела его во время проходящей раз в десять лет встречи Ракхт с аритсийским царем.
В одном я уверена – жрецы ответственны за то, что козы падают с небес на невинных людей. Но, несмотря на мою уверенность, правда останется скрытой, пока я не раздобуду убедительных доказательств. Интересно, что скажет о моем открытии Икта, взявшийся собственноручно расследовать это дело.
Я бросаю на верховного жреца недовольный взгляд:
– Ты сделал это, не посоветовавшись с Бинсой?
– Моя богиня, я не стал беспокоить твой сосуд, ибо всю прошлую неделю Бинса присматривала за Шира-Ракхти и была полностью поглощена своими обязанностями, – отвечает Харун. Нудин невозмутимо наблюдает за происходящим. – Не переживай. Я присутствовал на множестве Испытаний.
Я подумываю о том, чтобы раскрыть преступления Харуна прямо здесь, влезть ему под кожу и напомнить, кто тут главный. Но единственными свидетелями моих разоблачений станут жрецы, его соучастники, а еще Джирташ, Нали и Медха. Если я откроюсь сейчас, это ничего не изменит.
– Да будет так, – провозглашаю я, разворачиваюсь и выхожу из зала для омовений.
Нельзя слишком давить на Харуна, иначе он в ответ покажет клыки.
Он прощен – пока.
Медха не сразу догоняет меня и какое-то время бежит рядом.
– А почему ты не можешь просто… остановить этих коз?
– Ты должна идти позади меня, а не рядом.
Она замедляет шаг.
– Так почему?
– Потому что не я их сотворила, – огрызаюсь я.
Некоторое время Медха молчит, обиженная неудовлетворительным ответом.
Но вскоре снова начинает тараторить:
– А все эти истории правда? Ну, легенды. О том, что ты перехитрила демонов, завладев их самым мощным оружием?
Неужели вопросам не будет конца? Я подозреваю, что отчасти моя головная боль вызвана непрестанной болтовней Медхи.
И все же часть меня ей сочувствует – это вечное щемящее чувство в глубине души, желание спросить, почему все сложилось так, а не иначе. В отличие от Медхи, я никогда не делилась своими чувствами, запертыми в непроницаемой коробке внутри моего разума. Для меня последствия оказались бы ужасны, не будь я вынуждена играть роль Ракхти – тихой, доброй и скромной.
Я иду к покоям Рашматун, и не думая развлекать по пути Медху.
– Соберись, дитя.
Глава 11. Наставления
Остаток утра проходит без происшествий, только Харун расстроен моим повелением выплатить более чем достаточную компенсацию пострадавшим от падения коз. Его