Библиотека

Алый трон стр. 75

Размер шрифта
-
+
Тема
о хадоне? – внезапно осмелев, спрашиваю я.Эта магия черпает силу из земли и очень близка природным явлениям. Деннарские войска используют ее начиная с прошлого века. Это все, что я знаю.А почему тогда Нали сказала, что это тысячелетняя магия?Мне известно лишь то, что известно моим сосудам, огрызается демон.Неужели? Но ты ведь гораздо старше меня, ты обладаешь знаниями и опытом, о которых величайшие ученые мужи могут только мечтать, поддразниваю я его. Уверена, ты гораздо умнее.На твоем месте я бы поостерегся подвергать сомнению мой ум, говорит Илам, и в его тоне слышится предупреждение. Такое чувство, будто он сжимает когтями мою голову. Когда я говорю, что чего-то не знаю, тебе лучше попридержать язык.

На этом разговор заканчивается. Не понимаю, почему Илам так упорно избегает этой темы. Я же не прошу делиться со мной тайнами его прошлого, чего он, впрочем, и не делает.

Терпение, успокаиваю я себе. Возможно, когда я обрету достаточно могущества, он соизволит посвятить меня в свои секреты.

Илам цинично фыркает.

Минут через двадцать мы входим в парадный внутренний двор. Беспримесно алые рододендроны четко вырисовываются даже сквозь пелену дождя, который как будто заглушает запах крови. Перед Паруватаром выстроилась шеренга паломников; они как будто не замечают хлещущего их ливня. Возбуждение волнами накатывает на толпу. Я замедляю шаг, обводя глазами людей. Молодые и старые, богатые и бедные. Каждый относится к определенному слою общества Бакхтина.

Нудин и Джирташ замедляют шаг. Я пробираюсь сквозь толпу, направляясь прямо к входу в зал для поклонения. До меня доносятся раздраженные возгласы, когда люди выражают недовольство тем, что я не встала в очередь.

– Эй, ты! Жди своей очереди! – Кто-то хлопает меня по плечу и дергает назад.

С выражением крайнего презрения на лице я оборачиваюсь к мужчине, который меня окликнул.

– Ты указываешь, что мне делать, дитя? – спрашиваю я, и голос Илама сливается с моим.

Лицо мужчины бледнеет. Вокруг раздаются потрясенные охи.

– Скажи, почему я должна стоять в очереди, чтобы вступить в зал, где мне поклоняются? – продолжаю я, упиваясь тем, как каждое мое слово меняет выражение его лица, пока на нем не остается ничего, кроме страха.

– Н-н-нет, моя богиня. П-п-пожалуйста, п-п-прости меня, – заикается он. – Я… я не знал…

Развернувшись, я продолжаю свой путь в толпе. Слухи о моем прибытии быстро разносятся среди паломников. Некоторые падают на колени, с горячностью взывая к своей богине. Другие протягивают мне корзины с подношениями. Руки и ноги паломников дрожат. Это их богиня. Их всезнающая Рашматун, которой они поклоняются всем сердцем и разумом.

Моя грудь наполняется гордостью, а на губах играет легкая ухмылка.

Ради этого стоило убить Гуррехмата и Янадин, подвергнуть свое тело ужасным мучениям, прибегнуть к магии крови – ради того, чтобы принести им благодать.

Я завоевала их любовь и уважение.

Медха и Харун расположились в самом конце зала, прямо перед моим троном, и принимают подношения. На Медхе роскошное одеяние Шира-Ракхти, и она молча принимает дары, которые мои последователи кладут перед ней.

Гордость, переполнявшая мою грудь, улетучивается. Я сжимаю и разжимаю кулаки.

Жрец, стоящий у входа, при моем бесцеремонном прибытии вздрагивает.

– Стой. Что ты… – Его глаза расширяются от удивления, когда он узнает меня. – Моя… моя Ракхти. Ты поправилась.

– Я

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.