Библиотека

«Ангельская» работёнка стр. 59

Размер шрифта
-
+
Тема

не знал, что сказать. В конце концов она нарушила молчание первой, заговорив напряженным голосом, полностью лишенным прежних сладкозвучных интонаций:

— Я… я не хочу, чтобы на него открывали дело. Не надо его арестовывать. Просто оставь все как есть.

Он взглянул сбоку на ее лицо, сумев разглядеть в свете уличных фонарей начинавшую разрастаться опухоль. Она смотрела на свои руки, сложенные на коленях.

— Но…

— Пообещай мне.

Он прокрутил в голове и отверг несколько фраз, которые ему хотелось сказать. Наконец она посмотрела прямо на него своими темно-карими глазами.

— Хорошо.

— Спасибо.

К машине он отнес ее на руках, чтобы не травмировать лишний раз порезанную левую ногу, однако Симона вежливо отказалась от предложения помочь усадить ее внутрь. Хотя она говорила со злостью и решимостью, он не мог не чувствовать дрожь, колотившую ее тело, когда она обхватывала руками его шею.

— Всё в порядке. Дальше я сама.

— Это не проблема, я…

— Все нормально, — перебила она с ноткой раздражения, которой хватило, чтобы он перестал предлагать помощь.

Она открыла дверь машины и передвинулась так, чтобы выбраться, не наступая на левую ногу. Затем пошла к дому, как вдруг остановилась, будто осененная некой мыслью.

— Спасибо, — полуобернувшись, сказала она.

Он ничего не ответил, просто смотрел, как она хромает по дорожке, а потом поднимается по полдюжине ступенек, опираясь на металлические перила. Симона немного повозилась с замком, прежде чем открыть большую дверь, и исчезла внутри, не обернувшись. Он посидел так еще несколько минут, пытаясь разобраться в случившемся, после чего поехал домой в Кабру, где лежал потом в постели и всю ночь смотрел в потолок.

Банни надул щеки, фукнул и взглянул на себя в зеркало заднего вида. Похож он был именно на того, кем являлся, — на человека, который последние трое суток почти не спал.

— Давай, дурак, решайся.

Кивнув самому себе, Банни выбрался из машины и стал подниматься по подъездной дорожке.

Дом располагался в Ратмайнсе и представлял собой обычное в этом районе сложенное из красного кирпича георгианское здание, рядами из которых была заставлена вся улица. Внутреннее пространство многих из них в наше время разделено на квартиры, поскольку теперь у людей не так много шансов нарожать целую футбольную команду или позволить себе содержать персонал, способный управлять настолько масштабной операцией по размножению.

Первой, но вполне ожидаемой проблемой, с которой столкнулся Банни, стало выяснение, в какой именно квартире живет Симона. Он поднялся по лестнице и поискал дверные звонки, которых почему-то не оказалось. Тогда он сделал несколько шагов назад и огляделся. До сего момента он был уверен, что это тот самый дом, но

теперь начал сомневаться. Большинство этих больших старых зданий выглядело совершенно одинаково. Заметив, что они находятся немного в стороне от проезжей части, он стал думать, что, возможно, в ту ночь был рассеян и неправильно запомнил местоположение.

Он уже повернулся, чтобы спуститься по ступенькам, когда позади него открылась дверь.

— А я все гадаю, когда ты наконец войдешь.

В голосе звучали твердые, хотя и высоковатые нотки. Обернувшись, Банни увидел монахиню ростом едва ли в полтора метра, оценивающе разглядывавшую его поверх очков в проволочной оправе. Из-под капора выглядывали седеющие волосы. А еще у нее были поразительно голубые глаза, ничуть не потускневшие за те шестьдесят

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.