Анискин и "Фантомас". Киноповесть стр. 28
так как Вера Ивановна успевает затаиться за открытыми воротами хлева.
Дальше события развиваются быстро, Скрываясь в тени забора, Голиков бежит к полуразвалившейся бане, проникнув внутрь, прячет сумку под гнилую половицу, наваливает на нее кучу обгорелых кирпичей. Действует он лихорадочно и, конечно, не способен заметить, как в дверь заглядывает Вера Ивановна. После этого она мчится в дом…
Вера Ивановна храпит и даже сладко причмокивает, когда Голиков возвращается.
В кинобудке, что пристроена к деревенскому клубу, разыгрывается забавная сцена. Из узких дверей показывается спина и туго обтянутый зад участкового, слышен его молящий голос:
– Голубчик, Григорий Петрович, ягодка ясная, свези ты меня в район на своем замечательном мотоцикле… Начальство приказало быть в десять, а у меня никакой завалящей колымаги нет. Прихвати ты меня, мил человек.
Слушая участкового, Голиков запирает на два замка кинобудку, прячет ключи во внутренний карман вельветовой куртки; у него такое выражение лица, словно он чрезвычайно рад комедии, которую разыгрывает участковый.
– Да о чем речь, Федор Иванович! – ласково обнимая Анискина за талию, говорит Голиков. – Буду рад вместе с вами прокатиться до райцентра…
Анискин живо забирается в коляску, натягивает на колени брезент.
– Вот выручил, голубчик, вот удружил! – радуется он. – Век тебя буду благодарить, дорогой Григорий Петрович!
Мотоцикл выезжает на длинную улицу, с треском набирает скорость, летит по ней. Это действительно сильная и быстрая машина, кажется, что прошло мгновение, а мотоцикл уже мчится по проселочной дороге.
– Молодца, Григорий Петрович! – радостно кричит Анискин. – Теперь я выговор не получу, мне только предупреждение дадут.
В райцентре Голиков резко снижает скорость.
– Где вас высадить, Федор Иванович?
– Возле прокуратуры, – отвечает Анискин и снова начинает театрально суетиться. – Но ты меня, голубчик, не бросай. Дел у начальства – на одну минуту, а как я буду домой добираться?… Так что ты, Григорий Петрович, как возьмешь кино про Фантомаса, так сразу за мной и заезжай… Договорились, а?
– Договорились! – смеется Голиков.
Мотоцикл останавливается возле районной прокуратуры.
– Так ты не бросаешь меня, голубчик?
– Заеду, заеду, Федор Иванович.
Кабинет районного прокурора старомоден. Здесь доживает свой век продавленный дерматиновый диван, книжный шкаф модели сороковых годов, фикус в кадке. Не молод и сам прокурор – за столом сидит худощавый седовласый человек в сильных очках. Он вертит в руках толстую деревянную ручку с пером "рондо" – вот уж старина-то! – и сердито смотрит на Анискина, по которому видно, что участковый всего полсекунды назад говорил о чем-то важном. И рука Анискина еще занесена вверх.
– Вот такая история! – говорит Анискин и садится на продавленный диван. После этого он начинает глядеть на прокурора "голубыми" подхалимскими глазами, толстое лицо Анискина расплывается в умильной улыбке. Заметив это, прокурор встает, подойдя к участковому, сердито говорит:
– А ну, бросай валять комедию!
– Как прикажете, товарищ прокурор! – скороговоркой отвечает участковый и делается серьезным, но в этой серьезности столько игры, что прокурор ожесточенно плюет и отходит к окну.
– Если бы знал ты, Федор, как я от тебя устал! – говорит он. – Мне легче, поверь, разгрузить баржу с мукой, чем с тобой разговаривать…
– А ты не разговаривай, оживляется Анискин, – ты мне, Максимушка, постановление на обыск дай, а сам