Авалинда Райс. Тьма внутри стр. 66
поняла, что её затягивает в другую параллельную вселенную. Да так сильно, что она еле сдержала гипноз.
Вырвавшись из чёрной воронки между двумя граничащими пространствами не без помощи Магны, она открыла глаза и отпустила руку Кэйлема. Увидев её растерянное лицо, парень спросил.
– Что случилось? Кажется, я заснул на секунду.
– Я пыталась узнать, что произошло с твоей матерью.
– И что увидела?
После первого раза Кэйлем был готов практически ко всему.
– Многое и одновременно ничего.
– Это как?
– У тебя очень мало воспоминаний о матери и даже те, что есть, нереальные. Как будто стёрты и, может, записаны заново.
– Не понял.
Кэйлем начинал пугаться собственных желаний узнать больше. Он убрал волосы от лица и вцепился руками в чашку, будто она была единственной надеждой на спасение. Ава почувствовала мурашки на коже, его страх и недоумение отозвались лёгкой болью в шее, а в животе заурчало: она была голодна.
– Ты не помнишь свою мать, потому что кто-то стёр эти воспоминания из твоей головы. И даже не удосужился подселить новые, качественные.
– А так можно вообще?
– Конечно! Ещё и не такое можно.
– А зачем кому-то это делать?
– Понятия не имею. Ты открываешься для меня с новых сторон.
Они обменялись смущёнными улыбками.
– Знаешь, мне давно не было ни с кем так спокойно и легко. Даже несмотря на всё, что я сейчас видела, – сказала Ава.
– Мне тоже. И это не просто реакция на то, что ты сказала.
– Я знаю.
Они болтали ещё часа четыре. Кэйлем умудрился сделать отличные французские тосты и даже нашёл в морозильнике клубнику, из которой сумел сотворить вкусный соус к вышеупомянутому хлебу. Он также заварил какой-то умопомрачительный чай, странным образом завалявшийся у него в шкафу. Как потом оказалось, этот чёрный чай с вишней и запахом сладкого миндаля привёз его друг Джон из своей заграничной поездки на юг Франции. Да, и про похождения Джона тоже рассказал. И как почти всегда неудачно работал его напарником в сложном искусстве знакомства с девушками. Ему было стыдно и весело от рассказанного, но хотелось продолжать делиться воспоминаниями.
Ава слушала и отвечала, смеясь и дразня. Про себя поведала только то, что живет в доме на Мёркистон-авеню со строгой хозяйкой и что пока не может рассказать, над каким делом сейчас работает.
Когда всё было выпито и съедено, они плавно перешли на диван в гостиной, сидели там, подогнув колени под себя и болтая уже тише, чтобы не тревожить соседей, а потом пошли в спальню. Заснули в обнимку с совершенно обычными для двух влюблённых ощущениями зыбкой нежности и неловкости, которая тем не менее быстро улетучилась. Потому что казалось, что они вместе уже миллион лет.
***
Ава очнулась во сне. Такое бывает, если вы засыпаете в одном месте и вас затягивает в другое. А ещё вам непременно надо быть ведьмой.
Она обнаружила себя на безлюдной улице незнакомого города, посмотрела вниз направо и почувствовала, как её руку мягко зажал в своей пасти огромный чёрный пёс, смахивающий на медведя, который похудел и вытянулся. Он повёл её вниз по улице к деревянному сараю. Не понимая зачем, она всё же последовала за ним со своей рукой в его чёрно-красной пасти, от тепла которой было