Библиотека

Барраяр стр. 46

Размер шрифта
-
+
Тема

до худшего.

— Представляю себе. Я удивлена, что вы не ввозите не столь смертоносных психотропных препаратов.

Улыбка Карин стала жестче. — Пьяные ссоры — это традиция. — Принцесса позволила своему голосу чуть смягчиться. — На самом деле, такие снадобья к нам поступают, по крайней мере, в города, где есть космопорты. Но мы обычно предпочитаем добавлять что-то к нашим обычаям, а не менять их.

— Наверное, это и лучше. — Корделия наморщила лоб. Как бы спросить поделикатнее…? — А граф Видаль Фордариан — один из тех, кто имеет привычку напиваться на людях?

— Нет. — Карин подняла голову, прищурилась. — Почему вы спрашиваете?

— У нас с ним была очень странная беседа. Я подумала, все дело в передозировке этанола. — Она вспомнила, как рука Фордариана легла на колено принцессы в почти что интимной ласке. — Вы его хорошо знаете? Что вы можете про него сказать?

Карин произнесла рассудительно. — Он богат… горд… Он был верен Эзару во время последних интриг Серга против отца. Предан и Империи, и классу форов. В его округе четыре больших промышленных города, плюс военные базы, самый большой в Империи военный космопорт… Земли Видаля имеют сегодня огромную важность для экономики Барраяра. Война едва затронула Округ Фордарианов; он был одним из немногих, откуда цетагандийцы ушли по соглашению. Там мы разместили наши первые космические базы на оставленных цетагандийцами сооружениях, и экономическое развитие большей частью пошло оттуда.

— Это… интересно, — заметила Корделия, — но я спрашивала о нем лично. Его, э-э, симпатии и антипатии, скажем. Вам он нравится?

— Одно время, — медленно проговорила Карин, — я задавалась вопросом, сумеет ли Видаль защитить меня от Зерга. После смерти Эзара. Когда болезнь Эзара обострилась, я начала думать, что мне самой следует позаботиться о своей защите. Мне казалось, что ничего не происходит, и никто ничего мне не рассказывал.

— Если бы Серг стал императором, разве мог бы вас защитить простой граф? — спросила Корделия.

— Ему бы пришлось стать… чем-то большим, чем граф. Видалю хватает и честолюбия — если его должным образом поощрить, — и патриотизма, Бог видит, если бы Серг остался в живых — он мог бы погубить Барраяр; у Видаля был бы шанс спасти нас всех. Но Эзар обещал, что мне нечего страшиться, и исполнил обещанное. Серг умер прежде своего отца, и… с тех пор я пытаюсь охладить наши с Видалем отношения.

Корделия рассеянно прикусила губу. — А-а. Но вы, вы сами… я хочу сказать, вам он нравится? Не стал бы в один прекрасный день титул графини Фордариан прекрасным отдыхом от дел вдовствующей принцессы?

— О! Не сейчас. Отчим императора — слишком могущественная фигура, если он вступит в конфликт с Регентом. Опасное противостояние. Разве что они будут союзниками или в точности уравновесят друг друга. Или станут сочетаться в одном лице.

— Вроде императорского тестя?

— Да, именно

— Мне трудно понять, как это у вас власть… передается половым путем… А вы не претендуете на империю сами, по собственному праву?

— Решение за военными, — она пожала плечами, и сказала еще тише. — Это как болезнь, правда? Я слишком близко, я затронута, заражена… Грегор — моя надежда на выживание. И моя тюрьма.

— Вы не хотите жить собственной жизнью?

— Нет. Я просто хочу жить.

Корделия была встревожена. «Это Серг научил тебя сносить оскорбления?» — А

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.