Битва за Степь. От неудач к победам стр. 79
Большой Игры появился не заурядный пехотный поручик, а разведчик мирового уровня. Но это были только цветочки, ягодки ждали еще впереди…
В канун Рождества 1838 года Виткевич, наконец, прибыл в Кабул.
Глава двенадцатаяЕдва Виткевич появился в Кабуле, как об этом узнал английский капитан Бёрнс. При этом Бёрнс поступил достойно – пригласил Виткевича к себе в гости. Разумеется, что, прежде всего, он хотел «прощупать» своего нового соперника. Однако сделал это весьма доброжелательно, в лучших традициях Большой Игры.
Католическое Рождество 1837 года Виткевич и Бёрнс встретили вместе за праздничным столом. Виткевич произвел самое лучшее впечатление на Бёрнса, который нашел его «вполне джентльменом, приятным, интеллигентным и хорошо информированным».
Впечатлило англичанина и то, что его гость, помимо местных языков, свободно владел турецким, персидским, французским и английским. Еще больше Бёрнса поразило, что Виткевич уже трижды побывал в Бухаре, тогда как он всего один раз. Уже всего этого было достаточно, чтобы понять, перед Бёрнсом сидит не заурядный агент, а профессионал экстра-класса, противостоять которому будет очень непросто.
Общих тем для разговора между двумя лучшими разведчиками того времени было много.
В тот вечер они говорили о многом, кроме главного вопроса, из-за которого оба появились в Кабуле.
– Ставки высоки. Либо все, либо ничего. И смена правительства в Афганистане была куда больше, чем просто местная смена правителя, – менторским тоном говорил Бёрнс.
– Не надо бояться Большой Игры! – улыбнувшись, налил чай в пиалу Виткевич. – Ее надо заслужить.
Бёрнс молча смотрел на него. Только сейчас он понял, с каким серьезным противником имеет дело. В ходе дальнейшего разговора Бёрнс пытался превратить Виткевича в своего союзника:
– Афганцы – это порох, а Дост Мохаммад – это зажженная спичка! К тому же он слишком популярен. Стоит эмиру сказать: «Убейте англичан!» – и все бросятся нас убивать! В отличие от послушного Шуджаха, которым мы можем вертеть так, как захотим, Дост слишком опасен как для нас, так и для вас!
Виткевич дипломатично отмолчался… Встречей оба остались довольны. Бёрнс считал, что сумел определить уровень возможностей русского разведчика, а потому теперь будет легче выстраивать против него свою работу. Виткевич же полагал, что, определив уровень компетенции соперника, найдет способ, чтобы его переиграть. К своему удивлению, он увидел, что знаменитый Бёрнс – живой человек, способный не только на подвиги, но и на ошибки. Что ж, соперники узнали друг друга, а значит, поединок между ними будет еще интересней!
Увы, первая встреча Бёрнса и Виткевича оказалась и последней. Больше и тот и другой общаться с представителем противника посчитали невозможным. Как потом писал Бёрнс: «Иначе относительное положение двух наших стран было бы в этой части Азии понято неправильно». При этом и Бёрнс, и Виткевич, разумеется, стремились отслеживать все действия противной стороны.
Необычность ситуации состояла в том, что представители противоборствующих сторон практически одновременно начали борьбу за внимание эмира. Каждый при этом имел свои козыри, которые выкладывал не сразу.
К моменту приезда Виткевича Дост Мохаммад еще не получил ультиматума лорда Окленда, и отношения эмира с капитаном Бёрнсом были наилучшими.
Поэтому русского поручика приняли в Кабуле весьма холодно. Некоторое время его вообще фактически держали под домашним арестом.
Более того, Дост Мохаммад даже проконсультировался у Бёрнса относительно подлинности верительных грамот русского