Библиотека

Битва за Степь. От неудач к победам стр. 80

Размер шрифта
-
+
Тема

посланца.

Он отослал верительные грамоты на дом Бёрнсу, прекрасно понимая, что в тот же день копии этих грамот будут отправлены в Калькутту лорду Окленду.

И здесь Бёрнс совершил роковую ошибку. Позднее английские историки будут утверждать, что его подвела честность, которая победила целесообразность. На самом деле Бёрнса подвела его самоуверенность. В той ситуации, когда он фактически являлся главным советником эмира по всем политическим вопросам, а его соперник сидел под арестом и вот-вот мог быть изгнан из страны, Бёрнс посчитал, что его поединок с Виткевичем завершился его победой. Помня о приятной рождественской беседе, он решил не добивать до конца побежденного. Именно поэтому Бёрнс заявил эмиру:

– Ваше величество! Я подтверждаю подлинность верительных грамот русского посланника. Это настоящие гербовые бумаги с подлинными императорскими печатями и подписью самого императора!

О поступке Бёрнса немедленно узнал Мессон, который сразу же поднял тревогу. Мессон кинулся во дворец. К эмиру его, конечно, не пустили. Бывшего дезертира принял главный министр.

– Передайте эмиру, что Виткевич не является царским послом! Все его грамоты фальшивые.

– Но их подлинность заверил капитан Бёрнс? – удивился министр.

– Бёрнс ошибается или вообще работает на наших с вами врагов! – пошел ва-банк Мессон. – Все эти бумажки составлены Симоничем или самим Виткевичем для придания большего веса русской миссии в ее соперничестве с Англией!

Пригласили Бёрнса. Тот с презрением выслушал доводы неприятного ему Мессона и указал на огромную сургучную императорскую печать:

– А это, по-вашему, что?

Дальнейшее развитие событий нам известно только из воспоминаний Мессона, поэтому верить им трудно. По словам Мессона, он отправил на базар своего слугу, чтобы тот купил пачку русского сахара. Когда сахар принесли, Мессон вытряс его из пачки и на ее дне якобы обнаружил точно такую же печать. Бёрнс схватился за голову. Но, как писал Мессон, было уже поздно…

Написанное Мессоном, разумеется, было полной чушью. Причиной столь откровенного вранья являлась исключительно ненависть автора к Бёрнсу, который к моменту написаний мемуаров был мертв и уже не мог ничего сказать в свое оправдание… Как бы то ни было, в данном случае Мессон, с точки зрения профессионального разведчика, оказался на голову выше своего именитого коллеги. Ведь именно в разведке, как нигде более, цель оправдывает все возможные средства…

А затем был тот самый ультиматум Окленда Дост Мохаммаду, решившему привести к власти в Кабуле своего ставленника Шуджаха, ультиматум, который мгновенно перевернул всю ситуацию с ног на голову.

С этого момента политический авторитет Бёрнса начал быстро падать, а положение Виткевича, наоборот, становиться все более весомым. Надо сказать, что Виткевич блестяще воспользовался благоприятной ситуацией. Буквально за считаные дни он смог войти в доверие эмиру и стать его новым наперсником. Теперь эмир с удовольствием приглашал русского посла и отказывал в аудиенции своему бывшему английскому другу. Вскоре в Кабуле уже шепотом говорили, что Виткевич якобы даже предлагал от имени Дост Мохаммада отправиться на переговоры к Ранджиту Сингху.

Бёрнс оказался в идиотской ситуации, из которой просто не было выхода. Если до этого он делал все возможное, чтобы упрочить положение эмира Дост Мохаммада на его троне, то теперь должен был заниматься совершенно противоположным – делать все, чтобы его свергнуть. А ведь Бёрнса с эмиром связывали и давние дружеские отношения. Дело

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.