Большая книга ужасов – 70 стр. 73
щёлкала колёсиком, поджигала свечку, и тут же гасла другая, и девушка кидалась к ней, чиркала…
С большого пальца слезла кожа, Сомёнкова ойкнула и уронила зажигалку.
Сквозь разбитые стёкла опять дохнуло морозом, и свечи вновь погасли.
Аня завыла.
В дверь уже ударили. Сильно, со стены сорвалась египетская тарелка с видом пирамид.
– Оно лезет… – Сомёнкову уже колотило. – Оно сюда…
Ещё удар. Бум, звук пошёл бродить по всему дому. Бум-м-м, и нет этому конца, нет… Неправдоподобно как, двадцать первый век, чёрт-те что…
Бум.
Перерывы между ударами были недолгие, точно тот, кто стучал, каждый раз задумывался – бить ли ещё. И решал для себя, что да, бить.
Удар.
Удар. Равнодушно, как копр, вколачивающий сваи. И это страшнее всего. Если бы он рычал, если бы корябал дверь с яростью, щёлкал зубами… Нет, равнодушно.
Неотвратимо.
Интересно, чем он так?
Копытом. Точно, копытом ведь.
– Мы умрём, – сказала Аня. – Умрём. А у меня соревнования…
– Там есть выход, – прошептал Круглов.
– Мы исчезнем, я слышала, люди исчезают… Я съела лимонки, у меня теперь отёк начнётся…
– Есть выход. – Витька тряхнул Сомёнкову за плечо. – Слышишь, Ань?
– Какой выход?
– На задний двор, запасной, а там по галерее. Можно попробовать…
– Через лес?!!
Парень кивнул.
Удары продолжались. Как метроном. Как маятник.
– Я говорю, можно попробовать.
Круглов опёрся на костыль и поднялся на ноги.
– Пойдём, Ань! Пойдём… Дверь в кладовке. Там выход.
Он сумел зажечь бенгальский огонь, сунул его Сомёнковой. Двинулись в кладовку.
В кладовке Витька приложил бенгальский огонь к набору сувенирных свечей из Суздаля, запалил. Стало светло.
Он прислушался.
В дверь продолжали колотить.
Парень стащил с вешалки старый отцовский макинтош, надел на Сомёнкову. Увидел коробку с охотничьими спичками, ругнулся, что не заметил их раньше, сунул спички в карманы макинтоша.
– Это что?
– Они обо что угодно зажигаются, – сказал он. – Если что, зажигай, они долго горят…
– Что значит «зажигай»? – удивилась Аня. – Как это «зажигай»… А ты?
– Я остаюсь.
– Пойдём! – она схватила его за руку. – Пойдём скорее! Пока тут оно стучится, мы выберемся!
– Куда? – Круглов указал на ногу. – Куда мы выберемся? Ты иди…
Сомёнкова попыталась поспорить, но он показал ей кулак.
– Ты иди, – повторил он. – Ты спортсменка, ты сможешь. А я его отвлеку.
– Как отвлечёшь?
– Отвлеку, не переживай. И вообще, хватит спорить, иди давай. А то он услышит.
– Я боюсь…
–
Не бойся.
Витька открыл дверь на задний двор, осторожно выглянул.
– Калитка открывается рычажком, там, сбоку, – напомнил он. – Иди прямо, окажешься на дороге. Всё. Не оглядывайся.
И он вытолкнул Сомёнкову на улицу. И закрыл дверь.
Удары не смолкали, отлично. Круглов набрал охотничьих спичек. Вернулся в холл.
Темно. Только удары в сталь, доносящиеся как будто с того света. И холод, шевелящийся в ритм с ударами, как будто студень в гостиной колыхался.
Витька зажёг спичку, бросил её на диван. Хорошая вещь – охотничья спичка. Не то что в сырости, под водой гореть может, проверено. И ещё одно полезное качество имеет