Большие надежды стр. 113
доставало мест в начальных классах. Классов было организованно так много, что не хватило букв алфавита, пришлось делать первый «а штрих», первый «б штрих» и так далее. Сейчас вы в своём докладе не упомянули о ней. Решили?
На меня смотрят с любопытством, больше всего, конечно, местные, я для них тёмная лошадка.
— Проблему решили ещё год назад, сейчас ведётся строительство ещё одной средней школы на семьсот пятьдесят человек. Напомню, в прошлом году мы уже ввели в строй школу номер шесть, — сухо ответила докладчица и собралась было уйти со сцены.
— Подождите, почему вы уходите? — торможу её я. — Я хочу слышать развёрнутый ответ на данный вопрос. Когда новая школа примет учеников? И как вы решили вопрос с первыми классами? Насколько я помню, выселили музыкальную школу из старого деревянного здания в никуда.
— Слушайте, молодой человек, я не знаю почему вы решили, что можете задавать мне вопросы, я уже вам ответила. Если вопросов нет, то у меня всё!
Развожу руками, глядя на Шенина в президиуме, который сначала замешкался, а потом громыхнул:
— Анатолий Валерьевич, поясни, что не так?
Встаю и иду к микрофону на сцену.
— Объясню. Стройка КАТЭК — молодёжная, и многие тут нашли не только интересную и важную для страны работу, но и личное счастье. А что за счастье может быть, вы понимаете. Дети. В прошлом и позапрошлом году ребятишки, которые родились на заре этой всесоюзной стройки, пошли в первый класс. И две дубининские школы, пятая и шестая, не смогли вместить всех. Было принято решение организовать для сорока — сорока! Товарищи, обращаю внимание на это! — классов обучение в помещении бывшей музыкальной школы. Это неприспособленное для обучения детей здание, к тому же опасное в плане пожарной безопасности. Как вы знаете, щитовые дома сгорают почти моментально, минут за пятнадцать. Когда детей мало, их можно эвакуировать быстро, а когда школа переполнена?
— Там дежурят постоянно родители! — с места крикнула недавняя выступающая. — Мы заботимся о безопасности детей.
— Не надо кричать с места, у вас была возможность выступить, — оборвал я её, махнув рукой, чтобы села обратно. — Я совсем недавно был учеником зональной комсомольской школы. Так вот, мы совместно с комитетом ВЛКСМ КАТЭКа взяли шефство над этим объектом, предложив дежурить ради безопасности детей в школе. Но я и не думал, что это затянется более чем на год. Что получается? Дети учатся в три смены, музыкальной школы нет, и заниматься дополнительным образованием негде, а сроки ввода в эксплуатацию новой большой школы — секрет? Вы почему об этой проблеме умалчиваете?
Звенящая тишина. На фоне благополучного отчета райкома, присыпанного для видимости легкой критикой, мой разнос выглядит впечатляюще.
— Да, а мне тоже интересно, когда будет готова новая школа, и когда отдадут здание музыкальной школы? — линкор по имени Шенин развернул башню своего главного калибра в сторону местных властей.
— Оксана Михайловна, ответьте, — шустро перевел стрелки местный босс.
— Не слышала, чтобы это вы предлагали дежурство в школе, — зло выплюнула слова в мою сторону Оксана. — А строительство школы по плану закончат в девяностом году, ну, может, в девяносто первом.
— Это долго. Следующий год или, на крайний случай, восемьдесят девятый. Дети для нас — самое главное. А насчет дежурства? Есть соответствующее решение горкома ВЛКСМ, где поддержано мое предложение. Поднимите бумаги,