Босс с причудами (СИ) стр. 56
и замолкают. Как хищники встречают чужаков, вторгшихся на их территорию.
Чувствую опасность. От волнения у меня напрягаются мышцы на спине. Спотыкаюсь, но иду, стараясь делать вид, что не замечаю оценивающих взглядов и не слышу похабного посвиста в мой адрес.
А Ремезов идет себе, в ус не дует.
— Родион Романович, мы им не нравимся, — шепчу онемевшими губами. — Сейчас нам что-нибудь предъявят по понятиям. Держите телефон наготове, чтобы полицию вызвать.
— Да бросьте, Татьяна! Нормальные мужики. Попарились в баньке и вышли подышать свежим воздухом.
— Они пьяные и злые!
— Они веселые и расслабленные. Успокойтесь, все под контролем. Я с вами.
Мы проходим компанию, идем дальше, затылок горит от чужих взглядов. Чувствую себя гринго, которого занесло в фавелы. Вот-вот раздастся оклик: «Эй, амиго, ты зашел не в тот район»! Ну, или проще: «Стопэ, братан! Закурить есть? А если найду?»
— Татьяна, не дергайтесь! Все нормально, — Ремезов твердо кладет руку мне на плечо. — Если было бы ненормально, я бы сказал.
— Да откуда вы знаете? Вы росли в неблагополучном дворе? Сами гопником были?
— Нет, я отличник из хорошей семьи. Но я знаю. Чутье и опыт.
— Вот наваляют вам по первое число, узнаете, что ваше чутье стоит и получите новый опыт… Вам драться приходилось?
— Конечно. В студенчестве занимался в секции самбо. И чем это поможет? Их десять, а я не Чак Норрис. Однако я умею справляться с буйными коллективами и без кулаков. Главное — показать кто вожак.
— Вот они вам сейчас и покажут…
— Эй, девушка! Девушка! Стой! — слышу грубый голос сзади.
Не откликаюсь, ускоряю шаг. Ремезов придерживает меня и не дает вырваться.
— Родион Романович, бежим, пожалуйста!
— Нет. Я скажу, когда надо бежать. Сейчас не надо. Зачем?
Ремезов не бравирует. Он и правда не боится! Ни капли! И я испытываю одновременно восхищение и злость.
Это отвага или безумие? Или глупая самоуверенность?
Голос сзади понял, что меня не докричаться, воззвал к Ремезову:
— Эй! Мужик! Стой! Да блин, е-мае!
За спиной быстрый шум шагов. Ну все, началось… Я паникую.
— Родион Романо…
Не отпуская меня, Ремезов поворачивается. Мне тоже приходится встретить преследователя лицом к лицу.
А он уже вплотную к нам. Здоровый, с недобрыми глазами, тяжело дышит — запыхался, пока бежал. Надо же, как ему не терпится нам рожу начистить!
Ремезов спокойно ждет, когда тот подойдет.
— Чего звал? — спрашивает он мужика дружелюбно. — Что за кипешь?
— Да блин, ребята, вы глухие, что ли! — изумляется мужик. — Зову-зову… Девушка, ты тряпочку обронила.
И он протягивает мне толстой ручищей воздушный голубой шарфик, который, оказывается, незаметно слетел с моей шеи.
От растерянности прячу руки за спину. Ремезов забирает шарфик и от души благодарит:
— Спасибо, брат! Выручил! Мы и не заметили, что потеряли.
— Смотрите лучше, — советует мужик, хмыкает и уходит.
— Спасибо… — лепечу ему в спину. Ноги подрагивают от переживаний.
— Вот вы трусиха с предрассудками! — сетует Ремезов. — Видите, какой добрый товарищ. Шарфик вам вернул. Вы часто роняете свои шарфики. Уже второй на моей памяти.
Сердито забираю у него шарф.
— Я за вас боялась. Вам бы больше досталось, если бы до драки дошло.
— Не было бы никакой драки. Говорю же, я чувствую, когда дело пахнет керосином. А это обычные трудяги, которые