Бумажные доспехи стр. 199
на чертежах.
До выхода из здания, до блеклой полосы желтоватого света, падавшей из дверного проема, Унро не дошёл всего пару метров.
Честно старался, переставлял ноги, но полоса только удалялась, сужаясь прямо на глазах. Спины Рока и Тени колебались, как на ветру, будто нарисованные на тонкой ткани.
Знакомая боль туго сдавила грудь.
«Ну, кажется, и все», — успел он подумать и, сделав ещё один шаг, сполз по стене на пол.
Он снова падал, теряя себя. Снова был в непонятном и непостижимом нигде. Разум не мог смириться, пытался найти точку опоры, громоздил вокруг цвета и образы.
Хотя на самом деле здесь ничего не было, на этой развилке путей.
Сейчас Унро видел скалы, уходившие высоко-высоко в сизое небо, узкие извилистые тропинки, туман и лиловые звездочки цветов на каменистых осыпях.
От его ног тянулись, мерно извиваясь на неощущаемом ветру, разноцветные ленты.
Унро уже бывал тут, и знание это немедленно всплыло из самых глубин. Он помнил, и более того, стоило немного сосредоточиться на лентах, как становилось понятно, куда они ведут. Взгляд выловил светло-желтую, едва видную ленту — ту, что могла вернуть его обратно. Она истончилась до прозрачности, и Унро задумчиво пропустил ее между пальцев. Потянулся к другой, более плотной.
— Вы тоже не знаете, куда идти? — спросили его.
Унро медленно обернулся.
— Привет, — сказал Мирослав. — Я вот тоже смотрю-смотрю, никак не могу понять, куда нужно.
— Привет, — тихо отозвался Унро.
Внутри стало больно, как если бы его сердце еще билось.
От ног Мирослава ленты тянулись во все стороны, яркие, плотные и стремительные. Унро пригляделся.
— Выберешь эту, — сказал он, — и сможешь обрести покой. Это то, куда уходят все.
Но Мирослав заколебался, с сомнением глядя вниз. Унро истолковал его промедление по-своему:
— А вот эта, — кивнул он, — она приведет тебя… в другой мир. Ты сможешь родиться заново, но, конечно, не будешь помнить ни о чем.
Мирослав все еще хмурился, а потом решился:
— А такая дорога есть, чтобы можно было вернуться? — спросил он.
— Прости, — сказал Унро, — у тебя уже нет.
— А просто, во времени назад? Если недоделанные вещи? Как-то же призраки болтаются у нас.
— Да, — отозвался Унро. — Выбери вот эту — и сможешь вернуться по времени назад. Но только так, как ты есть сейчас.
— Я хочу предупредить ее, — пояснил Мирослав и решительно выбрал из пучка нужную ленту. — Раз ничего больше не поменять, она должна знать, что в опасности, и что убийца совсем рядом. Я пробовал ей рассказать, где спрятаны дети, но не смог до нее достучаться.
— До кого? — спросил Унро.
— Та женщина. Морген.
Она связующее звено, соединяет всех… и за мальчиком надо приглядеть.
И может быть, это на самом деле так, подумал Унро. Морген невольно стала той, что сшила вместе их судьбы.
— Она испугается, — мягко сказал Унро. — Ты выглядишь не так, как живые.
Мирослав провел пальцами по одутловатой посиневшей щеке. Вздохнул, а потом, подумав, сказал:
— А я руками лицо прикрою, ей будет не так страшно.
— Мирослав, — тихо позвал его Унро, уже в спину. — А потом? Что ты выберешь потом?
Юноша обернулся и через плечо кривовато улыбнулся. Из лопнувшей губы потекла сукровица, но Унро увидел на миг его прежнее лицо.
— А потом я приду