Целитель #07 стр. 24
не воспринимаешь всерьез! Вот, ты как будто выросла, повзрослела, а я так и остался в восьмом классе…
— А что, не так? — ощетинилась Ефимова. — Вечно ты меня ставишь в неловкое положение своими выходками! Я даже в гостях не могу расслабиться — сижу в напряжении, и жду, чего ты опять отчебучишь! А ты только улыбаешься, будто смеешься надо мной! Вот, как сейчас! Ну что, что я такого смешного сказала?
— Ничего! — поспешно заверил ее Изя, внезапно переставая походить на себя, ибо натянул серьезное выражение. — Алечка, я никогда — слышишь? — никогда над тобой не смеялся. Ну да, улыбаюсь по-дурацки! Просто морда такая, что я с ней поделаю… Но не насмехаюсь, Аль! Просто радуюсь.
— Чему? — настороженно буркнула Альбина.
— Тому, что ты у меня есть, а я — у тебя, — проникновенно выговорил Динавицер. — Что люблю тебя, а ты… ну, хоть чуточку — меня.
— Турок… — печально вздохнула Ефимова, наперекор себе ощущая внутри прилив нежной теплоты. — Поцелуй меня.
Изя с удовольствием, но и с привычным трепетом исполнил девичий приказ.
— Пошли, горе мое… — смутно улыбаясь, девушка взяла парня под ручку.
— Луковое! — поддакнул Динавицер. — А куда идем?
— Туда! — махнула Аля в сторону Красной площади. — Мороженого хочу!
* * *«Лиру», «Север», «Московское» и прочие заведения парочка пропустила мимо — то очередь, то просто неохота. Они не настолько нагуляли аппетит, чтобы заказывать цыпленка-табака на двоих — в «Птице», что в пределах «Арагви», этот изыск из солнечной Грузии был вполне по карману студентам. Однако душа требовала не сытного, а сладкого.
Кафе «Космос» приятно порадовало — никого почти! Швейцар проводил их скучным, тоскующим взглядом большой собаки, и Аля с Изей поднялись на второй этаж, в полупустой зал, отделанный россыпями стеклянных шариков. Чудеса продолжались — нарядная официантка, вся в чистеньком и накрахмаленном, материализовалась тут же.
— Что будете заказывать?
Изя шикарным жестом достал синюю пятерку.
— Два «Шампань-коблер»… — важно завел он.
— Я не буду, — перебила его Ефимова.
— …Один «Шампань-коблер», — скорректировался Динавицер, — и мороженое… Ты что будешь?
— «Солнышко».
— А мне — «Марс»!
Двое не успели как следует помолчать, а высокий стакан с коктейлем уже опустился на салфетку. Рядом встали две креманки с оплывающими шариками мороженого — в одной растекалось яркое варенье, в другой вбирал свет шоколад.
Изя тут же приложился к соломинке — и закатил глаза, демонстрируя верхи блаженства.
— Дай попробовать, — поерзав, заворчала Аля.
Ухмыльнувшись, Динавицер подвинул стакан девушке. Церемонно отставив мизинчик, Альбина втянула прохладную смесь, горячившую горло.
— Ничего, так, — вынесла она оценку, улыбаясь, словно шампанское, взбитое с коньяком и ликером, «отпустили» ее, как закаленную сталь.
Смягчаясь, девушка стрельнула глазками по сторонам, словно выбирая жертву.
Студентов прибывало — уже половина столиков занята болтающими и щебечущими, шутящими и смеющимися компаниями. Ефимова вглядывалась в лица посетителей модного кафе, угадывая, кто они, но понимала, что внешность обманчива. Вон тот серьезный парень в очках мог быть студентом-математиком… Или молодым рабочим с АЗЛК. А вон та смешливая девушка в модном костюмчике… Кто она? Актрисулька из