Человек идет стр. 207
много захотели! — сказал он. — Этих игрушек вы не получите. Ну-ка, — он повернулся к служащим, — принесите наши товары для обмена!
Кандараки тотчас притащил топоры, ножи, лопаты. Все эти вещи, видимо, произвели впечатление на пришедших, но они отрицательно мотали головами.
— Подозрительно, — пробормотал Скотт.
— А не угостить ли их водкой? — предложил Кандараки. — Может, тогда с ними легче будет договориться.
— Лучше спиртом, — сказал Брук. — Что им водка, этаким дьяволам!
Скотт кивнул головой в знак согласия.
Кандараки принес бутыль и налил полстакана спирта. Подойдя к одному из папуасов, дружески похлопал его по плечу и протянул стакан. Тот недоверчиво посмотрел на него и отказался. Тогда Кандараки сам пригубил стакан, засмеялся и стал приглашать папуаса выпить. Тот взял и отпил немного. В первый момент он испугался: у него захватило дыхание. Но спустя минуту, почувствовав приятную теплоту внутри, рассмеялся. Его товарищ выпил все до дна. За ним выпил и первый.
После этого торг пошел веселей. Папуасы забыли о ружьях и больше интересовались чудодейственной водой. Им показали две полных бутылки, они ухватились за них, и сделка состоялась.
Держа в руках бутылки, пошатываясь и весело хохоча, папуасы направились домой.
— Ха-ха-ха! — расхохотался мистер Брук. — Вот это сделка!
— Дай бог побольше таких, — хихикал Кандараки.
И они весело стали подсчитывать, сколько им удалось заработать на этой операции.
А счастливые продавцы, отойдя немного от станции, присели, выпили еще и повалились на землю мертвецки пьяные. Оставшийся спирт пролился — на этом дело пока кончилось.
В пятистах метрах от станции, в болотистой низине, находилась каучуковая плантация.
Существует несколько десятков пород каучуконосных деревьев, лучшие из них произрастают в низовьях реки Амазонки, в Южной Америке. Оттуда их стали вывозить и разводить в других жарких странах, в том числе и на Новой Гвинее.
Эти деревья — близкие родичи нашего молочая, но здесь они достигают размеров старого дуба.
Три тысячи таких деревьев были рассажены правильными рядами, между ними сновали рабочие.
Каучук, идущий на производство резины, — не что иное, как сок этих деревьев, и добывают его тем же способом, что и березовый сок весной.
Сок каучуконосных деревьев похож на молоко, только немного погуще.
Неподалеку от плантации было разложено много костров. Рабочие приносили к ним глиняные сосуды с соком. Другие обмакивали в сок дощечки и держали их над огнем. Сок густел. Тогда снова обмакивали дощечку, снова коптили над огнем, и так до тех пор, пока на ней не образовывался большой ком сырой резины. Эти комья срезали и складывали в кучи, а дощечки снова обмакивали в сок.
Возле костров лежали огромные груды сырой резины. Сок с плантации подносили беспрестанно. Между рабочими расхаживал надсмотрщик, малаец Файлу, и время от времени подбадривал их кнутом.
Прежде этот Файлу сам был рабочим, но, всячески угождая хозяевам, был произведен в надсмотрщики Теперь он выполнял свои обязанности «не за страх, а за совесть».
Он неустанно подсматривал, подслушивал, следил за каждым шагом рабочих и обо всем докладывал хозяевам. Рабочие ненавидели его даже сильнее, чем мистера Брука, так как Файлу стоял ближе к ним и пакостей делал несравненно больше.
Раза два рабочие как следует отколотили его, но это им дорого обошлось: один из них был избит так, что через несколько дней умер, а второй