Библиотека

Черный беркут стр. 195

Размер шрифта
-
+
Тема

все это без перерыва, если не считать двух коротких отпусков, которые он прожигал дома: скорее бы в часть, к друзьям и чувствовать, что где-то рядом находится любимый человек.

Впервые Алексей увидел Анну три года назад.

— Кто это? — спросил он у сослуживца.

— Да ты что! Анна, жена Орешина.

Они стояли возле КПП, Алексей заметил, что Анна чуть дольше положенного при встрече с незнакомцем задержала на нем взгляд. Это и понятно: рост сто девяносто два, вес сто десять, плечи в два обхвата. Одним словом, она смотрела на необычный экземпляр, не более того. Орешин возьми и подойди к ним.

— Познакомься, Аня, с моими бойцами. Вот этого парня называют Зябликом, — полушутливо представил он Алексея.

— Почему Зябликом? — Она улыбнулась и протянула узкую ладошку, которая целиком скрылась в ладони «беркута».

Его называли по-разному: Птаха, Зяблик. Щегол, но в основном Пичугой, а когда брали банду Безари Расмона, таджики, помогавшие в проведении операции, прозвали его Чалыкушу — маленькой кустарниковой птицей.

— Вообще-то я Ремез, — сообщил Алексей, сраженный наповал серыми глазами женщины. Неожиданно для самого себя он пустился в пространный рассказ, лишь бы подольше находиться рядом с Анной. И совершенно забыл, что продолжает держать ее руку в своей. Вернее, в тот момент для него это было вполне естественно.

— Ремез — это такая птичка, маленькая пичуга. Коричневато-серого цвета. Вот... Да, у нее еще есть широкая черная маска. Они, значит, вьют гнезда-рукавички. Сначала делают такой вот гамачок и окружают его камышовым пухом. Две недели строят, представляете? Вернее, самец строит, а самка откладывает яйца еще во время строительства. Потом она садится на кладку.

Женщина, не сдержавшись, рассмеялась. Ремез по-прежнему продолжал держать ее руку.

— А самец? — спросила она. — Что делает потом самец?

— Свистит.

Она снова засмеялась и слегка потянула свою руку.

Алексей еле слышно сказал «ой» и разжал ладонь.

— Просто удивительно, что вы все знаете о своей фамилии. Специально изучали?

— Пришлось. Еще в

школе начали приставать: ты эстонец? Латыш?

— Да, к вам пристанешь! — Она в очередной раз оглядела могучую фигуру «беркута».

— Я русский, честное слово!

Орешин наблюдал за этой сценой с полуулыбкой на лице. Он видел растерянность на лице своего бойца и некоторую заинтересованность жены. Он, в прошлом сам «зеленый» солдат, все понимал и знал, что это мимолетно, пройдет и забудется. Однако в отношении Алексея он ошибся.

— Как же все-таки вас зовут? — спросила Анна.

— Алексей.

— Рада была познакомиться. — И она, кивнув на прощанье, взяла мужа под руку. Супруги направились к штабу части.

Сапрыкин стоял как оплеванный, на него жена командира даже не взглянула, не поздоровалась, хотя он рвался представиться ей первым.

Провожая командира и его жену глазами, Сапрыкин положил руку на плечо друга и многозначительно присвистнул:

— Так свистят самцы-ремезы?

Алексей ответил, только когда Орешины скрылись в дверях штаба. Он грозно сдвинул брови и шмыгнул носом.

— Когда-нибудь я тебе засвищу, Саня. В глаз.

* * *

Орешин за руку поздоровался с бойцами, хотя видел их сегодня на разводе и в казарме. Продавщица в это время выложила перед ними свитера и, ожидая окончательного решения, разглаживала их ладонью.

— Здравствуй, Леша. — Анна, как всегда, протянула ему руку. Потом поздоровалась с Сапрыкиным. — Красивые свитера... Это маме?

Сапрыкин объяснил по-деловому,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.