Чужая жена стр. 142
пробормотала она. — Что ж, в любом случае она будет рада, увидев рисовальные принадлежности. Подумать только, ей уже скучно лежать в кровати. Лилиан начала рисовать портреты на обороте листов с меню. У нее неплохо получается, правда, она, похоже, понятия не имеет о строении тела. Мне пришлось дать ей взглянуть на «Анатомию Грея» Тони.
У Мары перехватило дыхание. Одно дело — думать, что Лилиан не помешало бы немного объективной критики, и совсем другое — представить, как она на нее отреагирует.
— Она была в восторге, — между тем продолжила Хелен. — Сомневаюсь, что Тони получит книжку обратно.
Мара удивленно подняла брови.
— Так все в порядке?
— Да, — сказала Хелен. — Она спит, ест. Девочки ее обожают. Лилиан собирается помогать им с уроками, когда немного поправится.
— Как со стряпней, справляетесь?
— Да, без проблем. Пришлось перейти на комплексные блюда в горшочках — так мне легче относить еду ей в палату.
Мара с трудом сдержала улыбку.
— И она ничего не говорила о раздельном питании?
— Ну, вообще-то, когда девочки принесли ей еду в первый раз, она упоминала что-то в этом роде. Но Хилари просто объяснила ей, что нужно есть все, что дают, и быть за это благодарной. Больше никаких уговоров не понадобилось. — Хелен наклонилась ближе к Маре, словно собиралась поделиться
с ней секретом. — Тони считает, что Лилиан нужно остаться еще как минимум на неделю, если не больше, чтобы окончательно поправиться. Я надеюсь, она согласится. Ее присутствие для нас только в радость.
Слушая Хелен, Мара уверилась в том, что в ее понимании миссия — это прежде всего приют для обездоленных. Она представила себе Лилиан в окружении девочек Хелен, как те расчесывают ей волосы, а она, прикрыв глаза, слушает их детские разговоры, песни, смех…
— Спасибо вам за то, что вы позаботились о ней, — сказала Мара.
— Приятно, когда рядом с тобой есть хоть одна европейская женщина. Вы просто обязаны заехать к нам, как только отойдете от приезда всех этих гостей. — Хелен сочувственно улыбнулась Маре. — Бьюсь о заклад, вы ждете не дождетесь, когда они наконец уедут. Из того, что рассказывала Лилиан, можно понять, что жизнь здесь била ключом. Да и, наверное, вы с нетерпением ожидаете возвращения Джона.
У Мары в горле застрял комок, и все, что она смогла сделать, — это кивнуть в ответ. Внезапно ей захотелось последовать примеру Лилиан и тоже спрятаться от всего в надежном, дышащем спокойствием мире Хелен. В этот миг на пороге возник Кефа с розовым сомбреро и духами Лилиан «L’Air du Temps» в руках.
— Это последние ее вещи.
Хелен взяла у него шляпу, но даже не притронулась к духам.
— Я не возьму их. Лилиан хочет, чтобы ты оставила их себе, Мара.
Мара взяла в руки флакончик, пробка которого, отлитая из стекла в форме двух голубков, тут же привлекла ее внимание. Когда Мара впервые увидела этот символ любви, ей стало грустно — уж слишком он напоминал ей о собственной безрадостной судьбе. Тогда она и представить себе не могла, чем обернутся для нее последующие несколько недель.
Теперь она взглянула на голубков другими глазами и увидела то, что ускользнуло от ее внимания в прошлый раз. Голуби были изображены с распростертыми крыльями — они не