Чужая жена стр. 4
пришел помочь им с багажом!
Секунду Мара непонимающе смотрела на него. Потом покачала головой.
— Ты ошибаешься, — возразила она. — Никто сюда не приедет.
— Я говорю правду, — настаивал Томба. — Я видел «лендровер», который направлялся сюда. — Он указал рукой в направлении дороги на Кикуйю. — Я побежал между деревьями, коротким путем. Поэтому добрался первым. Это охотники. Уж я-то знаю. Они собираются поохотиться. — Томба внезапно замолчал и насупился. — Разве вы не рады, мемсаиб? Бвана радуется гостям. Все радуются.
— Мы никого не ждем, — отрезала Мара.
Томба открыл было рот, чтобы ответить, но затем лишь молча глянул на нее. Мара догадалась, что он пытается отмерить должную долю уважения к ней. Она была женой бваны, и у нее была белая кожа. С другой стороны, она моложе его и еще не стала матерью.
Стараясь избежать пристального взгляда африканца, Мара принялась рассматривать футляр. Ей жаль было разочаровывать Томбу. Прошло уже много недель — наверное, несколько месяцев — с тех пор, как у Джона был последний клиент. Мара знала, что люди из близлежащих поселений привыкли полагаться на деньги, которые они получали за застреленных на их племенной территории крупных животных. Да и молодежь рассчитывала на временную работу, которую им давали в доме.
— Они скоро будут здесь, — настаивал Томба.
— Когда кто-то собирается приехать на сафари, — терпеливо объяснила Мара, — он заранее резервирует места. Тогда агент Джона в Дар-эс-Саламе связывается с нами по рации.
— Ах! — Томба понимающе глянул на нее. — Ваша рация не работает. Я сам видел, как бвана Стиму чинил ее.
— Если рация не работает, — продолжала Мара, — то агент Джона посылает сообщение в миссию. Тогда оттуда отправляют посыльного. Даже если ты и видел, как сюда направляется «лендровер», произошла какая-то ошибка. Люди заблудились. Или, возможно, они слышали о нашем приюте и вообразили, что здесь что-то вроде гостиницы.
При мысли о каком-то путешественнике — геологе или чиновнике, — решившем сделать остановку и как следует пообедать, Мара угрюмо усмехнулась. Кроме двух цесарок у нее в котомке и остатков того, что когда-то росло на огороде, в доме ничего не было. Она могла бы подать гостям блюдо из вареных овощей, которое проживающие в городах африканцы называют сукума вики, «конец недели», или, иногда, «дно кошелька»…
Томба скрестил руки на груди и непоколебимо остался стоять.
— Я подожду и помогу с чемоданами.
Мара уставилась в пространство поверх его плеча. Она испытывала неуверенность. Что, если места забронировали, но сообщение об этом до нее не дошло? Что ей тогда делать? У нее не было денег даже на то, чтобы закупить продукты. А Джон уехал.
Отдаленный шум двигателя нарушил тишину.
На лице Томбы расцвела улыбка:
— Они вот-вот будут здесь.
Мара повернулась на каблуках и побежала к пристройке в задней части дома. Откинув противомоскитный полог, женщина влетела на кухню.
— Доброе утро, Менелик, — поспешно поздоровалась она. Повар отвернулся от плиты. Он не торопился, но не потому, что ему было уже под семьдесят. Он вел себя так намеренно. Не обращая внимания на то, что Мара явно спешила, Менелик выразительно посмотрел на другую дверь — ту, которая вела в главную часть дома. Ту, которой Мара должна была бы воспользоваться. Кем она себя считает, если входит через заднюю дверь? Поваренком?
— Я