Библиотека

«Дело Фершо» стр. 248

Размер шрифта
-
+
Тема

ее немного жаль, как, бывает, жалеют домашнее животное, с которым собираются расстаться.

И, чтобы придать себе больше уверенности, он погладил ее нежную шею.

— Ты хорошая девочка, — сказал он.

После чего стал первым спускаться вниз.

5

Разрядка наступила неожиданно на девятый день.

Сначала пришло письмо, которое Мишель уже перестал ждать. По его расчетам, «Санта-Клара» давно доплыла до Буэнавентуры, первой остановки. С тех пор из Колумбии прибыли два самолета, но на почте «до востребования», куда он ходил утром и вечером, ничего для него не было. Тогда он отправил сначала горькое, саркастическое письмо, а затем, одумавшись, — новое, умоляющее.

М-с Лэмпсон, однако, написала ему. В доказательство чего он держал теперь в руках конверт с марками и штемпелями. Служащий на почте никак не мог понять, почему оно пришло с таким опозданием — наверное, заслали не по тому адресу.

Было раннее утро, Мишель мог вскрыть письмо тут же, на почте, прочесть на улице. Но решил из суеверия подождать до того момента, когда окажется в «Вашингтоне».

Вот уже с неделю, как он взял за привычку каждый день, а то и два раза на дню заходить в этот огромный англо-американский дворец, расположенный немного в стороне от города, посреди парка с теннисными кортами.

Отель посещали лишь приезжие иностранцы, богатые путешественники и члены американской колонии. Фиакры, проезжавшие по ночам мимо дома Вуольто, направлялись к «Вашингтону». Длинные и бесшумные машины с блестящими никелированными частями стояли перед террасой «Вашингтона». Туда же мчались и ретивые наездники после партии в поло.

Разве он не имел права, как другие, тоже зайти в бар с огромными вентиляторами и глубокими креслами, отделанными светлым ратином?

Босоногие негры в белой форменной одежде по малейшему вашему знаку бесшумно выходили из тени.

В шезлонгах на террасе можно было увидеть знаменитых стариков и старух, за каждым жестом которых следили газеты.

Чтобы достичь бара, ему нужно было пройти мимо стойки, за которой, несмотря на жару, сидели молодые люди в костюмах. Неужели они смотрели на него с таким подозрением и иронией потому, что поняли: он тут посторонний?

Часто ему казалось, что они шушукаются за его спиной. Он с первого раза почувствовал себя здесь неловко.

При каждом движении черных кариатид ему мерещилось, что его попросят уйти.

Клиенты расхаживали тут с нарочито беспечным видом, фамильярно называя бармена-китайца «Ли». Ли улыбался им щелочками блестящих глаз, всей натянутой кожей лица и, не ожидая заказа, начинал готовить коктейль или хватал одну из бутылок с виски.

Это было, вероятно, самое спокойное место во всем Кристобале и Колоне. Не только негры,

огромные с такой великолепной черной кожей, что она казалась искусственной, бесшумно скользили по плиткам, показывая розовые пятки, но и белые говорили тут вполголоса. Подчас слышался только шелест тридцатидвухстраничных газет, доставленных самолетами из Лондона и Нью-Йорка.

За неделю Мишель ни с кем не обмолвился здесь ни словом. Некоторые были знакомы друг с другом, входили и молча пожимали руки тем, кто уже устроился, читая или задумчиво покуривая сигареты. Им нечего было сказать друг другу или хватало всего нескольких слов для исполнения какого-то таинственного ритуала.

Естественно, Ли смотрел на Мишеля как на чужака.

Однако тот не сдавался и страдал, обещая сам Себе, что

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.