Десант стоит насмерть. Операция «Багратион» стр. 72
грозил ротный-два — посылал на горку для связи.
Бормоча о взводном нехорошее, Михась взобрался по довольно крутому склону — дождик моросить уже перестал, но трава так и скользила под подошвами.
Командир Путелин уже был тут — давал указания минометчикам, поставившим свои «самовары» ближе к рощице. Михась (сочтя, что на глаза уже попался — понадобится, найдут) отошел от дзота и пристроился рядом с автоматчиками.
— Чего там? Много немцев? — спросил Колька-Грач.
— Сам не видел. Дозор говорит — колонна, — буркнул Михась. — Слушай, дай сухарь. Я, пока мотался, завтрак утопил.
Грач был с Березенской бригады, можно сказать, своим. Михась жевал сухарь с ломтем пересоленного сала, запивал из своей фляги. Мятая, а воду держит. Бывают такие равнодушные вещи — уж какой по счету у нее хозяин, а ей все одно.
Колонна противника подходила с восточной стороны, от Желвинцов. Видимо, немцы что-то подозревали. Ничего удивительного — связь с охраной моста оборвалась несколько часов назад, и в окрестных деревнях не могли не услышать звуков короткого боя. К мосту двигалась колонна немецких обозников и ремонтников. В любом случае возвращаться, сворачивать к югу и выходить на шоссе к Минску колонне было далеко. Да и попадать под удары грозящих вот-вот появиться советских штурмовиков немцам очень не хотелось.
…Глухой взрыв, недолгая стрельба, татаканье пулемета… С гнатовской стороны моста прибежал связной: немцев завернули. Головная машина подорвалась на заложенной партизанами мине, по обозу врезали из «максима», и немцы поспешно отошли.
— Надо было ближе подпустить, — с досадой заметил Путелин.
Судя по всему, немцы накапливались за рощицей, скрывающей поворот дороги. Дозор слышал шум моторов и команды. Попробовали выслать разведку, но ее обстрелял противник.
Телефонную нитку на гнатовский берег так и не протянули, удалось связать телефоном лишь Верхний и Нижний дзоты. Михась бегал в деревню, потом посылали по дороге к Возкам — выдвинутой на запад заставе было приказано усилить бдительность. Сейчас у партизан даже условного тыла не имелось: немцы свободно могли подойти и от Возков. Имелись сведения, что в Атвеичах стоит охранная рота с броневиком — всего-то десять верст от моста.
Где-то через час немцы атаковали Гнатовку: шли и вдоль дороги, и развернувшись от леска через овсяное поле. Цепочка пехоты, поддержанная с фланга бронетранспортером и двумя грузовиками с пулеметами. По технике ударила зенитка — в бронетранспортер не попали, но удачливый наводчик Юзек задел один из грузовиков. На этом успехи партизанской артиллерии закончились — затвор зенитки-автомата намертво заклинило. Впрочем, немцы замялись и остановились, пулеметная перестрелка затихла сама собой.
Серьезно атаковали Гнатовку уже после рассвета. Роща истаяла в тумане, и сквозь дымку партизаны едва разглядели немецкую цепь: противник наступал и через овсы, и по другую сторону дороги — через низину, охватывая правый фланг обороны до самой реки. Техники у фрицев тоже прибавилось: головной шла самоходка, следом упорной вошью полз знакомый бронетранспортер, за ним еще какие-то бронированные каракатицы. Заминированный участок немцы обошли — то ли разведали, то ли повезло гадам.
Партизанские минометчики удачно положили немцев в овсах, но у дороги и правее дела шли хуже. Три расчета бронебойщиков лупили по самоходке и броневикам, но ответный огонь был меток, особенно досаждала немецкая зенитка с автомобиля, что заняла позицию у рощи.