Девять граммов на удачу стр. 97
возникшая от частого применения оружия. Вообще, похожая мозоль есть у всех срочников в АТРИ – появляется уже через полгода службы. Но у Ильи она была ощутимо плотнее – почти как у меня самого.
Можно, конечно, предположить, что Кочкин стрелял намного больше, чем положено гандику. Но, с другой стороны, салага мог специально натирать себе палец, чтобы казаться более крутым и бывалым. Или это особенность организма. Короче – опять тупик.
Хмурый день медленно катился к вечеру. Ветер собирал облака, они темнели, набухали дождем.
Проснулся Кочкин. Сел и тут же застонал, схватился руками за голову, а потом упал на колени и начал блевать, перемежая приступы рвоты громкими стонами.
– Убавь звук, – предупредил я. – Терпи, солдат. Генералом… все равно не станешь.
Илюха посмотрел на меня злыми с похмелья глазами, наверняка подумав: «Тебя бы так через две аномалии провести! Ты бы вообще в голос орал».
Тут он не прав. Не орал. Довелось мне побывать на его месте. После «Сорокапятки» прошел одну за другой аж две «Пивные кружки» и знаю по себе: ощущения, конечно, хреновые, но терпеть можно. К тому же терпеть осталось недолго. Можно приступать к лечению и для начала провести интоксикацию организма.
Я достал из рюкзака полученный от санинструктора полулитровый пакет с раствором гемодезана-х. В пакет была вмонтирована гибкая полевая капельница с катетером на конце.
– Давай руку, Илья. Витаминчики примешь. Сразу полегчает.
– От витаминов? – Кочкин подозрительно глянул на капельницу. – А там точно они?
Вот ведь задрот! Ну совершенно не доверяет дяденьке Бедуину. Ждет от меня любой пакости. Совсем диким стал.
– Расслабься, рядовой. Если б в мои планы входило избавиться от тебя, я нашел бы более простой способ.
Как ни странно, мои слова убедили Кочкина – он протянул руку. Охотно так протянул, я бы даже сказал, поспешно. Очень ему захотелось получить «витаминчиков».
Я воткнул иглу в вену Ильи, а пакет с раствором повесил на ветку ивы.
Препарат устремился по гибкому шлангу, капельно попадая в кровь пострадавшего и проводя интоксикацию его организма.
Пока идет лечение, можно перекусить. Я достал мешочек с пеммиканом.
– Поем, раз время есть, а тебе, рядовой, под капельницей нельзя. Да и не хочется, ведь так?
Кочкин поспешно закивал, а потом и замотал головой, отказываясь от еды.
– А чтоб не скучать, расскажи-ка ты мне еще раз про нападение на «Ошарское», – предложил я.
– Да сто раз уж рассказывал, – скривился Кочкин.
– Аж сто раз, и все мне? – Я сделал придурковатую рожу. – Вот ведь склероз совсем заел, ни хрена не помню.
– Ну, не вам лично сто раз, – поправился Илья. – Другим тоже…
– Ты все-таки мне заново расскажи, – стал серьезным я. – И не забудь о скороходах.
– О ком? – искренне удивился Илья. – При чем здесь скороходы?
– А вот это и расскажи.
Илья наморщил лоб, вспоминая.
– Я в пьяном бреду сболтнул про них, да? Но на самом деле про скороходов мне рассказал Горелыч… Сержант Горелов, – поправился Илья. – Это байка такая. Бред, конечно.
– Ты рассказывай, – подбодрил я его.
– Говорят, где-то в глубине АТРИ живут скороходы. Ну, вроде шептунов, только круче. Неужели не слыхали? Я думал, о них все знают…
– Илья, не тормози. Давай дальше.
– Дальше страшилки всякие. Вроде появляются они ниоткуда. И исчезают