Дядя самых честных правил стр. 50
и недовольно хмурилась. Ну да, ей ещё рано играть в брачные игры, а других развлечений нет.
— Прошу к столу, — Елена Даниловна так старалась не улыбаться, что было заметно ещё больше.
Меня усадили напротив старшей дочери. Огненно-рыжая девица так смотрела, будто собиралась проделать во мне две дырки.
— Константин Платонович, — голос у неё был мелодичный, но с лёгкой хрипотцой. Или это она волнуется сильно? — А вы долго в Париже жили?
— Семь лет.
Рыжие девушки восхищенно загомонили:
— О-о-о!
— Да-да!
— Расскажите!
— Что там носят дамы?
— А кавалеры?
— Что сейчас модно?
— Вы видели королеву?
— Она красивая?
— А причёска? Какая у неё причёска?
Вопросы сыпались на меня как горох из мешка. Я с трудом успевал отвечать на один, как следом получал ещё десять. Нет, не видел французскую королеву, за модой не следил, интереснее всего на студенческом карнавале. И так далее и тому подобное. В ответ девицы закатывали глаза, говорили с придыханием и бросали на меня жгучие взгляды. Кажется, в местном пантеоне женихов я занял место верховного божества.
— Девочки, — Елена Даниловна постучала вилкой о бокал, — тише! Дайте Константину Платоновичу поесть.
Я с благодарностью кивнул хозяйке и взялся за вилку.
* * *После ужина мы перебрались в гостиную. Елена Даниловна попросила одну из дочерей сыграть что-нибудь на клавесине. Передышка в охоте на меня? Ага, как же. Судя по мелодии, это был какой-то танец. Девицы обмахивались веерами и призывно смотрели на меня — ну пригласи же нас танцевать! Им этикет не позволял самим приглашать кавалера. А я решил схитрить и делал вид, что не понимаю намёков. Пусть и дальше едят глазами, а руками трогать ни-ни — я же не торт, в конце концов.
Идиллию испортила самая младшая, Ксения. Девочке до смерти надоело сидеть без дела, она встала и подошла ко мне.
— Константин Платонович, пригласите меня танцевать, а то скучно ужасно.
Я кивнул, встал и подал ей руку. Остальные дочери Добрятникова поражённо замерли. На веснушчатых лицах читалось — а что, так можно было?! Но дёргаться было поздно, и мы с самой младшей пошли по кругу рука об руку. Малявка на ходу повернулась к сёстрам и показала им язык.
Пока мы танцевали, в комнате не прозвучало ни одного слова. Все смотрели на нас во все глаза и страшно завидовали. Но стоило музыке закончиться, как все девушки вскочили и кинулись ко мне, на ходу отпихивая друг друга.
— Я первая!
— Нет я!
— Я старшая!
— Значит, должна уступать!
— Пропустите, он на меня два раза смотрел!
— А на меня три!
— С дороги, моя очередь!
— Нет моя!
Они чуть не снесли меня, но их одёрнула мать.
— Девочки! Как вы себя ведёте?
Девицы притормозили, немного смутившись. Старшая не растерялась, вырвалась вперёд и подскочила ко мне.
— Константин Платонович, я готова. Приглашайте меня всю!
Следующие пару часов меня утанцовывали до смерти. Девицы оперативно построились в очередь и шли на штурм цивилизованно. Елена Даниловна сменила среднюю дочь за клавесином, дав бедняжке шанс присоединиться.
Можно было бы и отказать, но они так на меня смотрели, будто голодающие на сладкий пряник. Да, не балуют их кавалеры визитами, не балуют. Так что я отдувался за всё местное общество. Впрочем, это было приятно,