Библиотека

Дочь дракона стр. 112

Размер шрифта
-
+
Тема

какое-то время помолчал.

— Помнишь, мы рассказывали, что не все, кто рождаются от дракона, становятся драконами?

— Вы говорили, не все проходят инициацию горы, и еще, что не всем создают для этого условия.

— Запомнила! — почти восхитился Исам. — Правильно. Драконами становятся сильнейшими. И инициацию не все переживают. Поэтому допускают к ней не всех.

— А как можно не допустить дракона к инициации? — не поняла я.

Исам покраснел. Затем я тоже покраснела.

— То есть, то есть не все сохраняют девственность до инициации? — догадалась я.

Исам кивнул.

— Поскольку инициацию переживают только сильнейшие, для тех, кто, есть риск, что не переживет ее, создают специальные условия…

Дальше дракон забормотал что-то невнятное о священном акте единения, таинстве, соитии и слиянии…

— Так, — голосом, не предвещающем ничего хорошего пробормотала я. — Значит, тех, кто потенциально не готов стать драконом, ловят на сексуальный крючок?

— Да, — коротко ответили мне, выдохнули и потупились. — Драконы отличаются темпераментом. Очень отличаются…

— Но ведь это подло! — вырвалось у меня.

— Это гуманно, — не согласились со мной. И напомнили: — Не все переживают инициацию.

Оттого, что мне это только предстоит, я поежилась.

— Исам, — тихонечко так позвала, но меня услышали.

— Это очень больно? Очень страшно? Ну, инициация эта…

Мне не ответили. Вместо этого дракон поднялся с земли и пересел на бревнышко рядом со мной. И обнял за плечи. Так нежно-нежно и вместе с этим ощутительно. Я ему голову на плечо положила и вздохнула. Ведь понятно сразу стало, что и больно, и страшно. Только сейчас это все таким нереальным показалось. Реальными были только эти объятия, которые, казалось, могли защитить от всего мира. Нежные. Надежные. Какие-то родные очень…

Какое-то время мы молчали. Ни одному из нас не хотелось нарушать тишину.

Потом мое любопытство (чтоб его!) опять не выдержало.

— Исам, так значит, ты понял, что у меня внутри этот… дракон, когда нас из моего мира в этот перекинуло? Прямо к этой горе?

— Почти, — ответил Исам. — Вообще меня под тем деревом осенило. Помнишь? На озере фей?

Я помнила.

И кто-то тоже помнил, потому что залился краской чуть ли не больше меня.

— Ты тогда еще сказала, чтобы я… ну, что ты… ну, что ни с кем еще, — замялся дракон.

А я так медленно голову с его плеча подняла.

— Да, — говорю. — Сказала. А ты — что? Сомневался?

Кто-то угрожающих (и весьма красноречиво) ноток в моем голосе не уловил. А зря.

— Я тогда, как понял, что мог тебя дракона лишить, чуть разума не лишился, — поведал Исам. — Таким подлецом себя почувствовал. Ведь если бы ты сказала чуть позже… Я бы… Подозреваю, что остановиться бы не смог. Я Кеншину рассказал, что ты — дракон. Понадеялся на его благородство, дурак…

И Исам посмотрел на меня так виновато-виновато, по-прежнему не замечая, что кто-то изменился в лице.

— Так значит, ты не подозревал о моей невинности? — спросила я и кто-то тон, кажется, заметил, потому что заморгал часто. — Значит, думал, что я… Что я… Что каждому это вот предлагаю?!

Некстати вспомнилось за каким занятием Исам нас с Кеншином застал и стало совсем тошно.

А потому в следующий миг в голову дракона полетела чашка (из которой чай был уже выпит, а жаль), а еще в следующий —

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.