Библиотека

Дон Жуан стр. 45

Размер шрифта
-
+
Тема

спившийся с досады,

Ударом пораженный старичок,

Просящий у всевышнего пощады,

Красавица в чахотке — вот урок

Превратности судьбы, но думать надо,

Что глупое обжорство не вредней

Вина, любви и буйных кутежей.

67

На шелковом узорчатом диване

Покоились Гайдэ и Дон-Жуан.

Как величавый трон, на первом плане

Две трети помещенья сей диван

Роскошно занимал; цветные ткани

Пылали, как пунцовый океан,

И солнца диск лучами золотыми

Сиял, шелками вышитый, над ними.

68

Ковров персидских пестрые цветы

И яркие индийские циновки,

Фарфор и мрамор редкой красоты

Усугубляли роскошь обстановки;

Газели, кошки, карлики, шуты

Пускали в ход лукавые уловки,

Чтоб одобренье сильных заслужить

И лакомый кусочек получить!

69

Там зеркала огромные сияли

И столики с узором дорогим

Из кости, перламутра и эмали,

Бордюром окаймленные витым;

Они узором редкостным блистали

Из черепахи с золотом литым,

И украшали их весьма картинно

Шербет во льду и редкостные вина.

70

Но я займусь моей Гайдэ: она

Носила две джеллики — голубую

И желтую; вздымалась, как волна,

Сорочка, грудь скрывая молодую:

Как в облаках прекрасная луна,

Она фату накинула цветную,

И украшал жемчужин крупных ряд

Пунцово-золотой ее наряд.

71

На мраморных руках ее блистали

Широкие браслеты без замка,

Столь гибкие, что руки облегали

Свободно и упруго, как шелка,

Расстаться с ними как бы не желали,

Сжимая их любовно и слегка;

Металл чистейший на нежнейшей коже

Казался и прекрасней и дороже.

72

Как подобает дочери владык,

Гайдэ на ноги тоже надевала

Браслеты; на кудрях ее густых

Блистали звезды; складки покрывала

Застежка из жемчужин дорогих

На поясе под грудью закрепляла;

Атлас ее шальвар, пурпурно-ал,

Прелестнейшую ножку обвивал.

73

Ее волос каштановые волны

Природный и прелестнейший наряд

Спускались до земли, как позлащенный

Лучом зари альпийский водопад;

Но локон, сеткой шелковой стесненный,

Порою трепетал, свободе рад,

Когда ее лицо, как опахало,

Дыханье ветра вешнего ласкало.

74

Она несла с собою жизнь и свет,

Прекрасна, как невинная Психея

Небесной чистотой счастливых лет

Она цвела, как юная лилея;

Казалось, даже воздух был согрет

Сияньем чудных глаз ее. Пред нею

Восторженно колена преклонить

Кощунством не сочтется, может быть!

75

Напрасно, по обычаю Востока,

Она свои ресницы начернила:

Горячий блеск пленительного ока

Их бахрома густая не затмила.

Клянусь я небом и звездой пророка,

Напрасно хна восточная покрыла

Ей розовые ногти: и без хны

Они прекрасны были и нежны!

76

Известно: белизну и нежность кожи

Восточная подчеркивает хна,

Но для Гайдэ, я отмечаю все же,

Она была, бесспорно, не нужна:

На гордый блеск снегов была похожа

Ее груди

и шеи белизна.

Шекспир сказал: «Раскрашивать лилею

И золотить червонец я не смею!»

77

Жуана белый плащ прозрачен был,

И самоцветы сквозь него мерцали,

Как Млечный Путь из маленьких светил,

И золотой узор на черной шали

Горел огнем; чалму его скрепил

Огромный изумруд — и трепетали

Алмазы полумесяца над ним

Сияньем беспокойным и живым.

78

Их развлекали плясками девицы,

И евнухи, и карлы, и поэт

Последний мог успехами гордиться

И думать, что гремит на целый свет.

Вельможе не приходится скупиться,

Коль хочет быть как следует воспет:

Поэтам и за лесть и за сатиры

Отлично платят все владыки мира!

79

Он,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.