Библиотека

Дорогой отцов стр. 121

Размер шрифта
-
+
Тема

требуется.

— Хорошо, тетушка, я сама пойду к старосте за разрешением.

— Что ты, милая, не ходи. Охальник он, — хозяйка поднялась, села на постель, прислонилась к стенке. — Доченька, как тебя зовут?

— Антонина Сухорукова, а для вас просто Тоня.

— Господи, а я-то как испугалась.

— Плохое подумали? — Лена ближе придвинулась к хозяйке. — Где ваш сын?

Степанида с горькой безнадежностью махнула рукой.

— Сынок на железной дороге служил, в Кривой Музге. — Она всхлипнула. — Не то с нашими отступил, не то гитлеровцы сгубили. — Печально помолчала. — Валюшка в детском доме росла. Школу кончила. В институт поступила. Позапрошлое лето гостила у меня.

— Валя очень хорошая девушка.

— Замуж еще не вышла?

— Пока нет, но выйдет. Жених у нее молодой врач.

— Дай бог ей счастья.

— А где ваш дедушка?

— Ты все, оказывается, знаешь. Дед в степи живет, на отшибе. Самое близкое селение — двадцать километров. Ходила к нему, звала домой. Не хочет. Помирать, говорит, буду там. Мне, говорит, там никто не мешает на солнышко радоваться. Сталинград, доченька, наши не сдали?

— Нет, тетушка, не сдали и не сдадут.

— А фашисты говорят, что взяли и Сталинград, и Саратов, и Астрахань.

— Врут, тетушка, врут. Стоит Сталинград. И будет стоять.

— Дай ты, господи. Завтра пойду к деду, расскажу ему.

— Не рассказывайте. Потом расскажете, когда я уйду.

— А ты не

торопись. Поживи у меня. Меня фашисты чураются, не заходят. Старая я, взять у меня нечего, хатенка плохенькая. Да и фашистов здесь мало. Они больше в селах живут, а степей боятся, далеко от дорог не отбиваются.

— Староста из местных?

— Из раскулаченных, а мы и не знали.

XVI

Под окном послышался шорох. Степанида замолчала. В наличник громко постучали.

— Похоже, чужие, — испугалась Степанида.

— Не пугайтесь, тетушка, — успокаивала Лена. — У меня документы в полном порядке.

— Кто там? — спросила Степанида.

— Открывай, — послышался визгливый голос.

— Староста, — проговорила Степанида. — Должно, водки захотел. Беги, прячься в землянку.

— Не беспокойтесь, тетушка. Идите и открывайте. Как зовут старосту?

— Сидор Петрович.

Степанида пошла открывать калитку. Вернулась в хату вместе со старостой.

— Зажигай огонь, — приказал староста.

— Что ты так грозно, Сидор Петрович? — мирно сказала Степанида. — Сейчас замаскирую окошко и засвечу огонь.

При свете лампы староста, увидев девушку, оторопел. Он показался еще суше, хилее — сморчок сморчком.

— Не узнаете? — спросила Лена и весело улыбнулась.

Староста моргнул хитрыми глазенками, вытянул шею и уставился на Лену, точно баран на новые ворота.

— Когда входят в дом, с хозяевами здороваются, Сидор Петрович, — деликатно заметила Лена.

— Хозяйка здесь Степанида, а вот кто ты — не признаю, — пропищал староста, не сводя своих хитрых глаз с девушки.

— Скоро, однако, вы зазнались, Сидор Петрович. Не успели стать старостой, как забыли своих знакомых. Могу напомнить: я племянница тетушки Степаниды.

— Что-то не знаю такой, — проговорил староста и перевел свой взгляд на Степаниду.

— Как же ты не знаешь, Сидор Петрович? — заступилась Степанида. — Ведь она позапрошлым летом у нас гостила. Или ты забыл, как лошадь для нас запрягал? Сели мы и поехали в Калач. Из Калача привезли тебе водочки. Или ты забыл?

— Это я помню… — он подозрительно посмотрел на девушку. — Припоминаю, но только… — прошел к столу, сел на лавку. — Припоминаю. И давно она у тебя?

— Утром заявилась.

Староста кашлянул, соображающе помолчал.

— Ну и пусть живет. Все в наших

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.