Дорогой отцов стр. 121
требуется.
— Хорошо, тетушка, я сама пойду к старосте за разрешением.
— Что ты, милая, не ходи. Охальник он, — хозяйка поднялась, села на постель, прислонилась к стенке. — Доченька, как тебя зовут?
— Антонина Сухорукова, а для вас просто Тоня.
— Господи, а я-то как испугалась.
— Плохое подумали? — Лена ближе придвинулась к хозяйке. — Где ваш сын?
Степанида с горькой безнадежностью махнула рукой.
— Сынок на железной дороге служил, в Кривой Музге. — Она всхлипнула. — Не то с нашими отступил, не то гитлеровцы сгубили. — Печально помолчала. — Валюшка в детском доме росла. Школу кончила. В институт поступила. Позапрошлое лето гостила у меня.
— Валя очень хорошая девушка.
— Замуж еще не вышла?
— Пока нет, но выйдет. Жених у нее молодой врач.
— Дай бог ей счастья.
— А где ваш дедушка?
— Ты все, оказывается, знаешь. Дед в степи живет, на отшибе. Самое близкое селение — двадцать километров. Ходила к нему, звала домой. Не хочет. Помирать, говорит, буду там. Мне, говорит, там никто не мешает на солнышко радоваться. Сталинград, доченька, наши не сдали?
— Нет, тетушка, не сдали и не сдадут.
— А фашисты говорят, что взяли и Сталинград, и Саратов, и Астрахань.
— Врут, тетушка, врут. Стоит Сталинград. И будет стоять.
— Дай ты, господи. Завтра пойду к деду, расскажу ему.
— Не рассказывайте. Потом расскажете, когда я уйду.
— А ты не
торопись. Поживи у меня. Меня фашисты чураются, не заходят. Старая я, взять у меня нечего, хатенка плохенькая. Да и фашистов здесь мало. Они больше в селах живут, а степей боятся, далеко от дорог не отбиваются.
— Староста из местных?
— Из раскулаченных, а мы и не знали.
XVIПод окном послышался шорох. Степанида замолчала. В наличник громко постучали.
— Похоже, чужие, — испугалась Степанида.
— Не пугайтесь, тетушка, — успокаивала Лена. — У меня документы в полном порядке.
— Кто там? — спросила Степанида.
— Открывай, — послышался визгливый голос.
— Староста, — проговорила Степанида. — Должно, водки захотел. Беги, прячься в землянку.
— Не беспокойтесь, тетушка. Идите и открывайте. Как зовут старосту?
— Сидор Петрович.
Степанида пошла открывать калитку. Вернулась в хату вместе со старостой.
— Зажигай огонь, — приказал староста.
— Что ты так грозно, Сидор Петрович? — мирно сказала Степанида. — Сейчас замаскирую окошко и засвечу огонь.
При свете лампы староста, увидев девушку, оторопел. Он показался еще суше, хилее — сморчок сморчком.
— Не узнаете? — спросила Лена и весело улыбнулась.
Староста моргнул хитрыми глазенками, вытянул шею и уставился на Лену, точно баран на новые ворота.
— Когда входят в дом, с хозяевами здороваются, Сидор Петрович, — деликатно заметила Лена.
— Хозяйка здесь Степанида, а вот кто ты — не признаю, — пропищал староста, не сводя своих хитрых глаз с девушки.
— Скоро, однако, вы зазнались, Сидор Петрович. Не успели стать старостой, как забыли своих знакомых. Могу напомнить: я племянница тетушки Степаниды.
— Что-то не знаю такой, — проговорил староста и перевел свой взгляд на Степаниду.
— Как же ты не знаешь, Сидор Петрович? — заступилась Степанида. — Ведь она позапрошлым летом у нас гостила. Или ты забыл, как лошадь для нас запрягал? Сели мы и поехали в Калач. Из Калача привезли тебе водочки. Или ты забыл?
— Это я помню… — он подозрительно посмотрел на девушку. — Припоминаю, но только… — прошел к столу, сел на лавку. — Припоминаю. И давно она у тебя?
— Утром заявилась.
Староста кашлянул, соображающе помолчал.
— Ну и пусть живет. Все в наших