Библиотека

Дорогой отцов стр. 97

Размер шрифта
-
+
Тема

но и войти в квартиру опасно. Он перелез через решетку балкона и, уцепившись за железные прутья, начал спускаться на второй этаж. Ноги его повисли в воздухе, но достать до решетки нижнего балкона не могли. Он увидел веревку, на которой мать развешивала белье. «Теперь спасусь», — подумал он. И, напрягая все свои силы, подтянулся на свой балкон. Накинув на голову старый дерюжный половик, Алеша сквозь дым и пламя проскочил комнату и выбежал на лестницу.

* * *

А в этот час гитлеровцы уже просачивались к вокзалу. Павел Васильевич не мог точно знать, кто именно стреляет, но стрельба приближалась к центральной площади. Он спустился в подвал, и, отозвав фельдшерицу в сторону, по секрету сказал:

— Веди людей к переправе. Немцы близко.

Павел Васильевич, кроме сыновней двустволки и патронташа, набитого патронами, ничего не взял из своих домашних вещей. Без всякой боли и жалости он оставил все нажитое за долгие годы. «Сергей наживет себе. А нам зачем? Да и о тряпках ли теперь думать?» Он взял еще чугунок, две столовые ложки и кружку. Положив Лексевну около выхода из подвала, Павел Васильевич с чайником отправился за водой.

— Неужели к Волге прорвались? — все не верилось Павлу Васильевичу.

За водой пошел в балку речки Царицы. Из-за угла сгоревшего здания глянул на широкое дно размытого оврага и тотчас увидел немцев, перебегающих по южному склону балки. А советские бойцы, окопавшись в северном склоне оврага, вели частый огонь по наступающему врагу.

VIII

На ослабленный полк, в составе которого сражалась рота Лебедева, наступали свежие немецкие части. Под Сталинградом танки уже не могли быть тараном (их расстреливали), и роль пробивного клина выполняла авиация.

Командиру авиационной истребительной дивизии полковнику Красноюрченко было приказано сорвать прицельное бомбометание противника. Его дивизия дралась в беспримерно тяжелых условиях. Многие ее аэродромы были уже захвачены противником. С тех пор как противник форсировал Дон и наши войска вынужденно отошли к Сталинграду, полки дивизии кочевали с одного

аэродрома на другой, с одной базы на другую. И не раз случалось так, что пилоты, поднявшись с одного аэродрома, в воздухе получали приказание садиться на аэродром другого авиационного полка.

Вражеская авиация бомбила важнейшие коммуникации наших войск, обстреливала подходящие к фронту пополнения. Пилоты дивизии Красноюрченко завертывали в газеты хлеб и колбасу, садились в машины, поднимались в воздух. Истребители бросались один против трех, вели бой лобовыми атаками, открывали огонь с максимально близкого расстояния. Потери людей пополнялись молодыми, необстрелянными летчиками. Полковник Красноюрченко приказывал командирам полков учить людей бою в воздухе и на земле. Он ежечасно держал связь по рации с командирами полков и, спрашивая их, как выполнена заданная операция, ставил новые, более трудные задачи. Воздушная обстановка с каждым днем усложнялась, перевес в самолетах по-прежнему оставался на стороне противника. Оттого все чаще поднимались с аэродромов и все дольше находились в воздухе советские соколы. Командир авиационного полка майор Каменщиков по два-три раза в день водил в бой эскадрильи. Красноюрченко предупреждал его:

— Знаю, что вы отличный истребитель, но вы забываете, что за провал операции полка одним-двумя лично сбитыми самолетами не отчитаетесь. Напоминаю: вы командир полка, не забывайте о своих обязанностях.

— Так точно, товарищ полковник. Я учту ваше замечание.

— Не учитывать, а выполнять требую.

— Так точно, товарищ полковник. Но обстановка

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.