Если б не было тебя стр. 196
а вот их проявление зависит от среды обитания и воспитания человека. Доказано на молекулярном уровне.
– Ладно, Молчанова. Ты меня измотала. Забудь!
– Не могу. Только об этом и думаю.
– Приспичило тебе брать ребенка, когда со своими с ума сойдешь. Все современные дети как с катушек съехали.
– Что, и у вас тоже проблемы? – Маша оживилась.
– Еще какие! Учиться не хотят. Преподаватели от них воют, меня уже три раза просили забрать документы из школы. Ходил, унижался, договаривался.
– А я-то думала, все хорошо. В твоем последнем интервью столько ласковых слов…
– Что же, я родных детей публично буду ругать? Потом всем миром начнут кости мыть. Нам это надо?
– Я иногда думаю, – Маша тяжело вздохнула, – что у всех современных родителей с подростками чехарда. Просто умные люди не говорят об этом вслух.
– Не знаю, Машка. Я в этом деле давно запутался. И устал как собака. За все теперь родителям приходится отвечать. Школа отмахивается. Учителя как роботы. Если ребенок отличается от других, болтает лишнее вместо того, чтобы молча смотреть взрослым людям в рот – неважно, заслуживают они этого или нет, – сразу же «исключим». Раньше надо было как минимум кабинет физики взорвать. Или все окна выбить…
– Школам, Вовка, возиться с подростками некогда. Их таким количеством бумаг завалили!
Она замолчала. Смысла не было обвинять учителей. Они, как и дети, стали безмолвными жертвами системы. Когда-то давно главными в школе были люди, а сейчас – отчеты, ворох бумаг, оценка вышестоящими структурами. До детей с их проблемами, не связанными с учебой, давно не доходят руки.
Целое поколение вот так вот успели вырастить – вчера эти подростки сами были никому не нужны, их повсюду встречало только безразличие, а сегодня они с легкостью бросают своих детей. Не знают, что может и должно быть иначе. Тем, кому не повезло с семьей, на школу рассчитывать уже не приходится. Какой второй дом?! Присутственное место. Соответствуй или топай куда подальше.
Мир стал другим. И социальных сирот в нем все больше…
Глава 4Тамары Михайловны на месте не оказалось. Рабочий стол, приведенный в порядок в отсутствие хозяйки, казалось, повеселел. По крайней мере, лишенный тяжкого обременения, выглядел он куда воздушнее.
Три посетителя, смущенно оглядываясь, застыли на пороге.
– Добрый день! Вы к кому? – привлекательная девушка неопределенного возраста, то ли 25, то ли все 40, поднялась им навстречу.
– Здравствуйте, – Маша все еще оглядывалась в поисках своего специалиста, – мы у Тамары Михайловны были две недели назад.
– Тогда проходите ко мне, – девушка улыбнулась, – Тома сейчас в отпуске. А меня зовут Алена. Слушаю вас.
Пока Олег рассказывал их историю, пока сотрудница искала нужную папку с документами, Маша не могла оправиться от изумления: Алена была похожа на свою коллегу как мед на деготь. Улыбчивая, вежливая, за все время разговора она не позволила себе ни одного косого взгляда, ни единого резкого слова. Напротив, казалось, ее работа заключалась не в том, чтобы проверять приемных родителей на вшивость. Ее делом было помочь деткам найти семью.
– Вы Дарья? – вежливо обратилась она к подростку.
– Да, я. – Дашка охотно кивнула.
Алена задержала взгляд на тоннеле в мочке уха.
– Здорово!
– Вы о чем? – Даша неуверенно улыбнулась.
– О тоннеле. Не больно было?
– Не очень. – Даша