Если б не было тебя стр. 197
удивленно смотрела на сотрудницу.
– Повезло. – Алена внимательно разглядывала стальное украшение в ухе девочки. – А у моего сына неудачно получилось. Гной, опухоль. В больницу попал.
– Бывает. – Дашка опустила глаза.
Молчанова так и не поняла: действительно ли у Алены был взрослый ребенок с такими же причудами, как у ее дочки, или она специально выдумала неудачный тоннель, чтобы помочь родителям и дать подростку понять: не напрасно мама с папой беспокоятся за ее здоровье. Наверняка уловила тревожные взгляды, которые Маша невольно бросала на ухо дочери. А обычно взрослые люди только брезгливо морщились.
– Да уж, серьезный шаг. – Алена протянула Дашке чистый лист бумаги: – Напишите, пожалуйста, согласие. Если вы не против.
– Нет, нет!
– А вы, – сотрудница мягко заулыбалась, – кого хотите: братика или сестричку?
– Обоих! – Даша заулыбалась. – Малыши такие классные!
Маша давно заметила за своим ребенком эту особенность: стоило человеку отнестись к ней по-доброму, как дочка расцветала. Настороженность исчезала из карих глаз, желание огрызаться пропадало бесследно. Даша разговаривала вежливо, охотно улыбалась и с удовольствием открывалась навстречу. Но если кто-то, наоборот, осуждающе смотрел на ее красные волосы, морщился, заметив дыру в ухе, или делал бестактные замечания, подросток становился неуправляемым. Кривое зеркало. Любую особенность собеседника она искажала и, как лупа, увеличивала в десятки раз.
Алена с Дашей еще пошептались о чем-то, похихикали, как две старые подружки, и дочка отправилась за свободный стол писать разрешение.
– Только нам сказали, что детей все равно нет, – пожаловалась Маша, когда документы были дописаны и приложены к делу.
– В Москве и правда мало, – Алена согласно кивнула и тут же оговорилась: – Но все равно нужно искать. Много ребят постарше. Хотя воспитание подростков – сами понимаете – дело очень непростое. Что-то на этом этапе уже невозможно менять. Но есть же еще регионы. Кое-где совсем плохо усыновляют, а маленьких детишек много. Можно поехать туда.
– Куда?
– Не торопитесь, – Алена потянулась за новыми бланками, – давайте заполним заявления и анкеты. А я по базе посмотрю, хорошо?
– Но по нам же решение пока не принято. Наверное, рано в базу…
– Ничего страшного. – Алена отложила готовое к рассмотрению дело. – Я лично не вижу причин для отказа.
По мере того как в новых документах заполнялась строчка за строчкой, Маша чувствовала нарастающее раздражение. Она не могла понять, кто и зачем составил эти убогие заявления и анкеты. Ну, хорошо, о себе она сведения в десятый раз указала – паспортные данные, адрес и прочее. Но в пожеланиях о ребенке просили отметить именно то, что как раз не имело никакого значения. Цвет волос, цвет глаз, пол, этническое происхождение… Ни слова о характере малыша, никаких попыток выявить психологические особенности родителей и гипотетическую совместимость девочки или мальчика с его будущей семьей. Как будто цвет волос важнее темперамента.
– Простите. – Маша дрожащей рукой протянула наполовину заполненные бумаги: – Я не знаю, что здесь писать.
– Обычно указывают что-то похожее на родителей.
– Я брюнетка, муж блондин, у дочери красные волосы.
– А глаза?
– Любые глаза.
– Тогда пишите «не имеет значения». Но вы же и возраст ребенка не указали, – Алена покачала головой. – Хотя бы примерно что-нибудь напишите.
– От 0 до 3 подойдет?
– Вполне. Но если ребенку будет 3 года и 1 месяц, вам познакомиться с ним уже не предложат.
– Тогда давайте напишем