Если б не было тебя стр. 211
смущена, – это моя работа. Я вам от всего сердца желаю найти своего малыша!
Болезнь Молчановой как рукой сняло. Дашка, вернувшись в спальню с кружкой горячего чая с медом и лимоном, застала мать выплясывающей посреди комнаты счастливый танец: прижав к груди блокнот, бывшая актриса выделывала невероятные балетные «па», запрокинув к потолку сияющее лицо.
– Ничего себе! – Дашка рассмеялась. – Ты что, уже выздоровела?
– Ой!
Маша замерла. Потом вытащила из рук дочери горячую кружку, поставила ее на стол и принялась обнимать ребенка, покачиваясь с Дашей из стороны в сторону, словно танцуя.
– Поедешь с нами?
– Куда?!
– За братиком. Или сестричкой.
– А школа?.. – осторожно поинтересовалась дочка, хитро сощурив один глаз.
– Записку напишу, – Молчанова удивленно посмотрела на дочь, – за один день ничего страшного не случится.
– Вы бы съездили для начала «на разведку». А я уже потом, ближе к делу. У нас целых три контроши на этой неделе. Все-таки конец четверти.
Маша с уважением взглянула на собственного ребенка. Надо же, всего несколько месяцев назад дочь и слышать ничего не хотела об учебе. А теперь переживает за итоги четверти. Неужели не прошли даром душеспасительные беседы? А она-то думала, что не доживет до такого счастья.
– Хорошо. Тогда с папой договорюсь, съездим пока вдвоем.
– Я дома одна останусь? – В глубине карих глаз промелькнул бесовской огонек.
Погруженная в свои мысли, Маша не заметила опасного свечения.
– Мечтать не вредно! – Она потрепала дочь по колким волосам. – Бабушку к тебе вызовем. Ты же у нас как младенец: ни на минуту оставить нельзя.
– Ой, да ладно! Зачем еще бабушку? Я и сама…
– Не сомневаюсь. – Мать тяжело вздохнула и сильнее прижала Дашку к себе. – Категорически нет!
– Я тоже тебя люблю.
Она не поняла, сказала это Дашка всерьез или ерничала в своей обычной манере. Впрочем, какая разница? Бальзамом на душу лились эти слова. Ласковые. Врачующие. Казалось, уже давным-давно Молчанова не испытывала такого острого желания жить.
А ночью как назло началась пурга. Дорогу сквозь мелкую белую крупу едва можно было различить. Олег ехал на черепашьей скорости в правом ряду, Маша таращила глаза в занесенную снегом тьму и старалась говорить не умолкая. Боялась, как бы водитель не задремал за рулем. Но и сквозь собственную болтовню Молчанова слышала, как скрипят под колесами, ломаясь и треща, миллиарды снежинок.
Дорога, казалось, тянулась вечно. Только к полудню, измученные и голодные, они прибыли на место. Небольшой городок с ухабистыми, занесенными снегом дорогами, – столица области, – казалось, все еще спал. Редкий прохожий торопливо пробегал по улице, пряча лицо в поднятом воротнике, и снова становилось пусто.
– Здесь хоть где-нибудь кормят? – мужчина окинул безликие серые дома тоскливым взглядом.
– Давай поищем.
Кафе оказалось на удивление приятным: чисто, тепло, вкусно. Цены и вовсе были далекими от реальности – словно они не от Москвы отъехали на четыреста километров, а улетели на другую планету.
– Думаешь, нам здесь повезет?
– Я уверена! С первого раза дозвонилась до них. Сказала, что от Алены, и сразу предложили приехать, познакомиться с близнецами. Мальчик и девочка.
– Куда нам сразу двоих? – Олег притворно-тяжело вздохнул.
– А что же делать? Сестру с братом разлучать нельзя. – Молчанова улыбнулась: недовольство Олега было напускным, она видела, с каким нетерпением он ждет этой встречи. Ради мальчика