Если влюбишься – молчи! стр. 57
это один человек… с большим сдвигом в мозгу.
– Теперь, Гийка, я ничего не понимаю, – признался Леня. – Ты не мог бы изъясняться понятнее?
– Сначала ты ответь мне, откуда Семенов знает, что Эммины деньги взял я? Кто ему сказал?
– Никто ему не говорил. Он сам тебя видел. Из лаборантской. Он там с фотоаппаратом сидел, хотел Эмму в естественных условиях заснять для стенгазеты ко Дню учителя.
– Ясно! – с перекошенным от злобы лицом констатировал Сохадзе. – Мало мы этого Жабика в детстве мучили. Так и продолжает в раба играть!
– Что ты говоришь, Гийка! Для Сашки хуже того лета ничего в жизни не было! Я видел, как он до сих пор это переживает.
– Может, и переживает. Кто спорит? Когда это рабы любили своих хозяев? Твой Жабик, Червь нынешний, по-прежнему под Тузом ходит!
– Под Тузом? Под Доренко? Ты так считаешь…
– Да я уверен, – перебил Леню Сохадзе, – что Семенов на Доренко работает! Небось, он ему «гляделками» до сих пор угрожает! Как пить дать!
– Знаешь, Гийка, – Пивоваров плюхнулся рядом с ним на диван, – с «гляделками» – ты, конечно, попал в точку, но в остальном сильно ошибаешься. Давай-ка рассказывай все по порядку, а то у меня уже мозги опухли.
– Да что тут рассказывать! Ты и так уже наверняка все правильно понял: этот отморозок Доренко заставил меня стянуть у Эммы деньги.
– Зачем?
– А я почем знаю, на что у него не хватало!
– Но почему ты на это согласился? Ты ему был должен?
– Нет. Это… из-за Нади…
Все знали, что жгучему брюнету Гие Сохадзе нравится Надя Тихомирова из 9-го «Б». Она была натуральной блондинкой с прозрачной розовой кожей и небесного цвета глазами. Кому-то Надя могла показаться блеклой и бесцветной, но Гия, сам очень яркий, просто млел от пастельных красок ее лица и длинных белокурых волос.
– И что с Надей? – Леня в нетерпении даже потеребил Сохадзе за рукав.
– Эта сволочь Доренко сказал, что у него есть знакомые, которые подловят Надю на темной улице и… сам понимаешь… что дальше.
– Брось, Гийка, это же подсудное дело.
– А кто что докажет? Я ведь не могу везде сопровождать Надю! Она и не позволит… Кто я ей? И потом… знаешь, что он, это, – Гию передернуло от отвращения, – чудовище придумал?
– Ну?
– Он сказал, что все обставят так, будто это сделал я, что все поверят, сказал, поскольку я как лицо кавказской национальности имею неуемный темперамент и давно на Надю, как он выразился, губу раскатал.
– И ты поверил, что он на такое способен?
– Он мне доказал.
– Как?
– Неужели не помнишь, какие мне фонари на оба глаза навесили?
– Это он?
– Станет он ручки марать, как же! Наверно, нанял…
– Да ну тебя, Гийка! Можно подумать, что Борька Доренко из 9-го «А» ни больше ни меньше – крестный отец русской мафии! Эдакий дон Борис!
– За всю мафию не скажу, но размах у него не маленький! Ты бы видел этих амбалов… Может быть, он им как раз Эммину зарплату пообещал. Он на многое способен. Поэтому я очень испугался за Надю. Я не мог ему позволить… Я бы не только Эмму, я бы… Швейцарский банк ограбил, если бы Надя… если бы он Наде… Ну, в общем,