Femme fatale выходит замуж стр. 122
Василий Ремизов, стоявший сейчас перед ней, вдруг показался ей каким-то иным, новым человеком, даже много лучше того, который когда-то запечатлелся в ее памяти. Он почему-то больше не был ни смешным, ни странным, ни жалким, ни скучноватым занудой…
Она хотела просто встретиться с хорошим человеком (она, несмотря на все их ссоры и споры, действительно считала его таковым), но неожиданно увидела перед собой совсем другого Василия Ремизова.
После того как она простила своего отца, с ней творилось что-то странное. Она вдруг, в одно мгновение, поняла – кто он, этот Ремизов, что он собой представляет, и прежние ее обрывочные впечатления сложились в единое целое. Только теперь, глядя ему в глаза, она поняла его…
Он был не лучше и не хуже других (хотя, по здравому размышлению, все-таки лучше). Но она почему-то пришла от Ремизова в такое восхищение, какого вовсе не ожидала от себя. Определенно происходило что-то непонятное!
– Значит, ты успел меня забыть? – улыбаясь, спросила она.
– Нет… Но ты какая-то другая, – тоже улыбаясь, ответил он. – Я тебя не узнаю… Ты стала еще красивее.
У них даже ощущения совпадали!
И в первый раз после смерти Юры Жанне не казалось преступным, что она встречается с другим мужчиной и что этот мужчина нравится ей.
У него были светлые длинные ресницы, точно у теленка, – забавно и мило. У него были светлые глаза. Подбородок, прежде казавшийся ей тяжелым, превратился в мужественный. И вообще, почему она раньше считала его некрасивым?..
– Куда теперь? – спросила она.
– Идем… – Он взял ее за руку и повел. Жанна другой рукой держала розы и время от времени подносила их к лицу. Никогда еще розы не пахли так хорошо, никогда июльские сумерки не были так теплы и тихи…
У пристани, весь в разноцветных огнях, стоял теплоход. Не тот, прогулочный, что обычно сновал по Москве-реке, а другой. Теплоход-ресторан. Садись – и катайся сколько угодно, созерцая столичные достопримечательности, пока официанты обходят тебя с подносами…
– Туда?
– Да. Или ты против?
– Нет, это ты очень здорово придумал! – обрадовалась Жанна. – Прямо, знаешь ли, угадал мое желание… То есть я даже не успела понять, чего хочу, а ты все за меня придумал!
Она была абсолютно искренна. Она мечтала о чем-то подобном, чтобы соединились вместе ленивый летний воздух, вечернее небо, вода и человек, который ей нравился.
На сходнях бравый морячок (наверное, специально подбирали персонал) подал Жанне руку, отдал честь.
– Прошу…
Они поднялись на верхнюю палубу – там, оказывается, уже был столик для них.
– Когда же
ты успел заказать? – удивилась Жанна.
– Сразу, как только поговорил с тобой. Все просто…
Они сели за стол. Розы были немедленно поставлены в вазу.
Жанна листала меню в кожаном переплете и уверяла себя, что это самый обычный плавучий ресторанчик, что это самый обычный летний вечер, что это самые обычные розы, выращенные в Голландии. Любезность обслуги – всего лишь профессиональная обязанность, а белая скатерть такая белая лишь потому, что до того она прошла полный цикл стирки в стиральной машине… Но у Жанны ничего не получалось, ощущение чуда все равно не покидало ее. «А я еще осуждала ту домохозяйку, восхищавшуюся сковородкой!»
Она