Femme fatale выходит замуж стр. 147
машину. У него было белое спокойное лицо.
– Он живой? – опять неуверенно спросила она.
– Девушка, вам же сказали…
Марат был мертв, но в это трудно, почти невозможно было поверить. Кто-то накинул на плечи Жанны одеяло.
До полудня она просидела в отделении, повторяя снова и снова, что произошло. Объяснила, почему Марат преследовал ее и что именно произошло на мосту. Потом рассказала, что Марат убил человека. Зачем рассказала? Виновный-то все равно последовал за своей жертвой. Но ее выслушали, записали все показания.
– Эх, девушка, какие вокруг вас страсти творятся!..
Она догадалась и попросила позвонить Ремизову. Он приехал через двадцать минут и забрал ее с собой. Жанну больше задерживать не стали, только записали ее координаты, на всякий случай…
Все это время она была у Ремизова. Возвращаться к себе она не хотела, да Вася и не отпустил ее.
– Я же с самого начала говорил – переезжай ко мне! О, какая ты упрямая… – Он злился и кричал – уже у себя дома. Рассерженный Вася Ремизов – это нечто. Таким его Жанна еще не видела.
У нее тоже сдали нервы, и в ответ она принялась кричать на него.
Потом он схватил ее, посадил себе на колени и держал так до тех пор, пока она не замолчала. Он был мрачный, недовольный, злой, испуганный. Он боялся за нее.
– Ты невозможная… – сказал он в сердцах.
– Это ты невозможный!
– Нет, ты…
Но, сидя у него на коленях, прижимаясь щекой к его груди, она чувствовала, как постепенно затухает, гаснет ее страх.
– Брось меня. Зачем я тебе? – сказала Жанна тихо. – От меня одни несчастья. Меня прокляли…
– Кто, почему? – Впрочем, подробности Ремизова интересовали мало, он не верил в подобные вещи. – Господи, Жанна, какая ты глупенькая! Наша жизнь зависит только от нас самих… Если думать о плохом, то неизбежно притянешь к себе несчастья, которых боишься. Ты боишься жить! Посмотри на меня… – Она подняла голову. – …Повтори: все будет хорошо. Все будет хорошо.
Ремизов говорил простые вещи, о которых Жанна и сама знала, но сейчас эти слова прозвучали для нее заклинанием.
– Все будет хорошо… – прошептала она, пристально глядя в его светло-серые прозрачные глаза. Потом провела пальцами по его щеке. Приникла к его губам. Ремизов обнял Жанну еще сильнее – броней были его охранительные руки.
– Как же я тебя брошу, когда я тебя люблю… – сказал он, качая ее точно ребенка. – Это все равно как если бы я захотел оторвать у себя самого руку. Или ногу.
– Ужас какой, – через силу улыбнулась Жанна. – Зачем ты говоришь это?..
– А зачем ты говоришь, чтобы я бросил тебя? – сурово спросил Ремизов. – Может быть, я тебе уже надоел?
– Нет, что ты… – тихо засмеялась она. – Вовсе нет. На самом деле ты мне очень, очень-очень нужен. Потому что я тоже тебя люблю…
…Жанна налила себе чаю, устроилась с кружкой на подоконнике. Из кухни Ремизова тоже была видна Котельническая высотка.
«За что мне такой подарок? – усмехнулась она, глядя на сиреневое августовское небо. – Уже, кажется, ничего не ждала, ничего не хотела, и вдруг – Вася Ремизов. Вася… Господи, мне