Библиотека

Феодал стр. 329

Размер шрифта
-
+
Тема

Черт знает сколько времени он занимается тем, что забрасывает копии людей в нечеловеческий мир и смотрит, как они обустроятся. Какую форму общественных отношений придумают? Они придумали феодализм. Расчудесно! Тогда он берет и изменяет один-единственный параметр окружающей среды. Глядь – возникло королевство. Со временем он изменит еще что-нибудь и посмотрит, что получится. Пока же – вот две копии одного и того же человека, рядом и в конфликте! Крайне интересно! Потому, надо полагать, Экспериментатор и вмешался в эксперимент, что счел его неоконченным. Пользуйтесь этим, садовая вы голова!..

– Я не хочу этим пользоваться, – угрюмо сказал Фома. – Георгий Сергеевич! Неужели вы не понимаете, насколько это унизительно?

Георгий Сергеевич всплеснул руками:

– Это прекрасно! Пусть он изучает вас, ну и что? Взамен он своими действиями дает вам возможность изучать его, разве не так? Ведя себя нестандартно – а ведь вы так и поступаете, – можно спровоцировать его на вмешательство в эксперимент. Рискованно, не спорю. Зато интересно. Игорь, друг мой, опомнитесь! Взгляните трезво. Разве лучшие умы человечества не мечтали об изучении внеземных цивилизаций? Вы, наверное, единственный человек, кому по силам начать изучение хотя бы одного представителя чужой цивилизации. И вы – вы, кого я считал очень незаурядным человеком, – отказываетесь от такого шанса?

– Я не изучать его хочу. Я добраться до него хочу…

– А пойдет ли вам это на пользу? Разве вы знаете, с кем имеете дело? Об этом мы можем только догадываться…

– Со скотиной, – сказал Фома. – С всемогущей скотиной. Это-то ясно.

– Я говорю о другом! – возопил старый учитель. – Я говорю не о моральных критериях Экспериментатора, а исключительно о его титаническом могуществе! Допустим невероятное: вместо осторожного изучения этого существа по косвенным признакам вы все-таки до него доберетесь. Допустим, это в принципе возможно. Сказать вам, что он с вами скорее всего сделает?

– Все мы смертны, – возразил Фома и осекся. В присутствии Георгия Сергеевича говорить о смерти не стоило. Хотя кто раньше умрет – это еще вопрос. Плоскость терпит долгожителей лишь в оазисах.

– Завидую вам, Игорь, – вздохнул старик. – Неужели вы нисколько не боитесь?

– Боюсь. Давно устал бояться, а все равно боюсь. И больше всего боюсь остаться белой крысой в лабиринте. В ловушках тоже мало приятного, но лучше уж сгинуть, чем…

– Вы сами говорили о лабиринте и Экспериментаторе, – мягко перебил Георгий Сергеевич. – Игорь, друг мой, да разве Экспериментатора надо искать внутри лабиринта? Его ли это место?

– Надо ведь где-то его искать, – буркнул Фома.

– И прекрасно! Ищите, раз уж вам неймется! Но только не там, где вы заведомо ничего не найдете, кроме очередных фокусов лабиринта и очередных, фигурально выражаясь, белых крыс! Ну как мне вам это объяснить… В химической реторте может лежать все, что угодно, кроме самого химика…

– Это я уже понял. Значит, по-вашему, для того чтобы встретиться с Экспериментатором, я должен достать его настолько, чтобы он вынул меня из лабиринта и рассмотрел как следует? Под стеклышком?

– Примерно так. Игорь, друг мой, да ведь вы поняли это раньше меня. Но еще раз подумайте: понравится ли вам столь пристальное внимание Экспериментатора? Ведь вы для него не более чем лабораторная крыса, очень дешевый объект и, простите, расходный материал…

– Ничего, – жестко сказал Фома и оскалился по-волчьи. –

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.